Продолжать разговор было бессмысленно. Обед подходил концу, как и мои силы, чтобы сохранять спокойный доброжелательный вид. Когда на самом деле внутри меня бушевала буря. В очередной раз посчитав до десяти и обратно, я поднялась и попрощалась с отцом, напоследок чмокнув его в щёку. Так было правильно. А весь свой негатив я могу выплеснуть потом подальше и от родных, и от десятка посторонних глаз.

Разомкнув объятия, я наткнулась взглядом на только что вошедшую в ресторан Ипатову. Не знаю, что сейчас подумала Настёна, но в её глазах промелькнуло и недоумение, и какое-то презрение. А ещё чётко прослеживалась обида, точно я обманула её ожидания.

Боже, неужели она действительно подумала, что папа мой тот самый таинственный поклонник, который прислал цветы? Если это так, то Ипатова явно не в себе! И её ждёт от меня большой подзатыльник!

Настя резко меняет траекторию и идёт к самому дальнему столику. Лишь бы не проходить рядом со мной.

В груди поднимается раздражение, но я лишь закатываю глаза и направляюсь к выходу. С Ипатовой будем разбираться потом. В голову приходит запоздалая мысль, что мои журналы так и остались лежать на полу в ресторане. А зная папу с его рассеянностью, вряд ли он заметит их и решит мне потом вернуть.

Ну и плевать. Да кому нужны эти жалкие статейки? Кто это всё вообще читает…

Я понимала, что снова завожусь. Но обжигающей ярости в моей груди не дал разрастись телефонный звонок.

И что за смертник решил меня сейчас побеспокоить? Достав из сумки разрывающийся гаджет, я увидела на экране знакомый номер. Корсаков.

Вот только тебя мне сейчас не хватало, иуда, для полного счастья!

— Да! — гаркнула я в трубку, сходя вниз по ступеням. Кажется, даже голуби, невозмутимо восседавшие неподалёку, на всякий случай решили смыться подальше от моего грозного вида.

— Привет. Не поверишь, я тоже безумно рад тебя слышать.

— Ты по делу или как? — стукнуть бы его за этот до неприличия довольный голос. Только пока ещё не изобрели способ, как можно силой мысли покалечить собеседника на другом конце провода. Между прочим, серьёзное упущение.

— Да так… хотел поинтересоваться, как твои дела?

Нет, он точно смертник!

— Как мои дела? Нормально мои дела! Просто замечательно! — буркнула я в трубку, злобно отстукивая каблуками в сторону офиса.

— Что-то я не пойму по голосу. Это ты мне о делах рассказываешь или решила проклясть до седьмого колена? — пытается разрядить обстановку Саша. — Лиз, кто тебя так расстроил?

— Кто меня расстроил? Жизнь, Саша, жизнь!

— Так, спокойно. На работе что-то произошло или у этой жизни есть имя? — слышу по голосу, что Корсаков немного напрягся. Не любит женские истерики? Ну что ж, сейчас он получит колоссальное удовольствие от нашего с ним общения в формате тест-драйв!

И я, захлебываясь эмоциями, вываливаю на него всё. И новость о предложении Фары, и о встрече с отцом и о его безразличии. И зачем-то даже пару случаев из детства приплела.

Прохожие на улицы предусмотрительно обходили меня стороной, видимо боясь попасть мне под руку. Саша слушал молча, не перебивая. И я ему была благодарна за эту возможность высказываться.

— Ты ещё здесь? — осторожно уточнила я, подходя к главному входу в наш офисный центр.

— Да. Какие у тебя планы после работы?

Он вообще меня слушал?

— Саш, а ты мне ничего сказать не хочешь? Я что сейчас десять минут с пустотой общалась? — мне много не надо, чтобы вспыхнуть.

— Хочу. Попросить тебя подняться в офис, выпить водички и просто выдохнуть. А вечером я заберу тебя и поздравлю, как следует с твоим повышением. И если у тебя будет желание, с радостью готов обсудить тему отцов и детей. Поверь, мне есть что сказать по этому вопросу.

— А сейчас?..

— Я уже должен выдвигаться на объект.

— Понятно.

Работа, работа, работа. Александр третий в своём репертуаре. Хотя что там говорил Мереминский? То, как Корсаков ушёл с головой в работу в последние годы, для него нетипично. Что же с тобой произошло, Саша, что ты так изменился? И зачем же ты выбрал такой странный способ, как спор, чтобы вернуть назад свою прошлую жизнь?

— Так что у тебя по планам?

— Подруги пригласили посидеть немного, отметить, — признаюсь я. Валька и Аринка действительно были искренне рады моей новости и предложили собраться. Поэтому после работы мы договорились, что я приеду к ним.

— Готов уступить тебя, но не больше, чем на два часа.

— Саша! — командирские замашки Корсакова скоро доведут меня до белого каления.

— Максимум три. Но в твоих же интересах не задерживаться, — усмехается Корсаков.

— Это ещё почему?

— Узнаешь, — загадочно отвечает Александр третий. — Кидай мне адрес, откуда я могу тебя забрать.

— Ты там уже был. Это дом, где живёт Аринка. Может помнишь её по клубу…

— О боги. Лиз, тогда постарайся обойтись без приключений, пожалуйста. Пока я не приеду.