— А пораньше нельзя было сказать о вечеринке? — возмутилась я. Приглашение на вечеринку, на которой соберутся такие же богатенькие буратины, как Корсаков означает только одно — большой головняк мне сегодня вечером обеспечен. Без всяких сотрясений мозга. — Надо еще подарок же покупать, и я понятие не имею, в чём нужно идти…

— Так он только сейчас о ней написал, — засмеялся Корсаков и притянул меня к себе, обнимая за талию и сверкая при этом самой хитрой улыбкой на свете. — Это же Ярик. Он из ничего всегда может организовать три вещи: проблему, вечеринку и пиар-компанию.

— Именно в таком порядке?

— Именно в таком.

— Так, а ты чего такой довольный? — подозрительно прищуриваюсь я.

— А почему мне не быть довольным? Мы идём на вечеринку вместе, и ты даже не стала отпираться.

Чёрт! Кажется, меня сейчас очень ловко обвели вокруг пальца. За всеми этими возмущениями по поводу даты я совсем забыла для приличия немного поломаться и попить кровь Александра третьего.

— Мы идём туда не как пара, — я смерила Сашу взглядом строгой училки и высвободилась из объятий. — И как свою девушку меня представлять там не надо. Поэтому можешь убирать с лица свою довольную ухмылочку.

— Не могу, — усмехается Саша. — Мы ведь идём на вечеринку вместе.

Надо выкинуть какой-нибудь номер на вечеринке, ей-богу! Просто противозаконно ходить с такой довольной физиономией, как сейчас у Александра третьего! Впрочем, детальную проработку своего номера я решила оставить на потом. Потому что передо мной, как для каждой представительницы прекрасного пола, стояла задача вселенского масштаба — выбрать в чём же все-таки пойти на вечеринку?

Как минимум нужно было решить для себя: выглядеть красиво и соответствующе статусу спутника. Или, наоборот, нацепить на себя нечто невообразимое и вогнать Корсакова в краску, тем самым приступив к первой паре стадии плана мести. А потом еще и приправить все это каким-нибудь странным поведением на самой вечеринке. Могу прикинуться глупой как пробка. Или начать флиртовать направо и налево. Сомневаюсь, что Корсаков оценит такое поведение. С ревностью у него явно проблемы, и я искренне сочувствую его настоящей девушке, если уж он так в наших недоотношениях выходит из себя…

Однако при мысли о следующей девушке Корсакова на душе стало как-то гадко.

Какая интересно она будет? Очередная фигуристая фотомодель? Или уверенная в себе бизнес-леди с холодной лощённой внешностью? После разговора с Яриком я конечно же залезла и посмотрела фото Шакуровой. Если бы на экране ноутбука можно было бы протереть дырку, я бы протёрла, пересматривая её фотографии бесчисленное количество раз. Она действительно была длинноногой красавицей с роскошной копной светлых волос. Даже Лана рядом с ней смотрелась бы простушкой.

В очередной раз проштудировав свой шкаф, я с сожалением подумала, что с первым вариантом вряд ли что-то получится. Чтобы соответствовать Корсакову, нужно иметь в наличии красивое дорогое платье, и быть фотомоделью. Красивое дорогое платье у меня имелось только одно, то самое которое подарила мама, и я его уже надевала. А внешностью фотомодели я похвастаться не могла.

Значит, оставался второй вариант. А что в моем шкафу есть такого шокирующего?

Поиски также не увенчались успехом. Вкус в одежде у меня был довольно стандартный, никаких страз и перьев в наличии не было. Было только одно чёрное платье в длине мини. Практически на грани с откровенным мини, в котором лучше стоять или передвигаться пингвиньими шагами, чтобы не дай бог не сверкнуть пятой точкой. Ну что ж, пожалуй, остановлю свой выбор на нём. Провокация, так провокация. Тоже вполне себе рабочий вариант позлить Корсакова.

Как оказалось, те самые новые дома местных богатеев, которые отлично виднелись из окон моего подъезда, так как почти полностью загораживали вид — это и есть новое пристанище Мереминского. До его дома вполне можно было дойти пешком, но Саша, увидев мой чудо образ тусовщицы на максималках — длина мини и босоножки на устойчивых, но довольно высоких каблуках, идею не заценил.

— С каких пор ты обленился ходить пешком? — с сарказмом поинтересовалась я.

Корсаков скользнул взглядом по тонким бретелям моего платья, слегка задержав взгляд на ложбинки груди, после чего резко отвернулся и оглушил меня двигателем мотора. Мне стало смешно.

— Не хочу, чтобы вся местная публика облапала глазами мою девушку, — ответил он, когда машина резко стартанула с места. На четырёхколёсном друге просто так в соседний двор было не заехать из-за дорожных знаков. И теперь нам приходилось ползти до Московского шоссе, чтобы развернутся и заехать в двор с другой стороны, что я считала полнейшим идиотизмом. Дойти пешком было бы гораздо проще. Плюс не тратить потом время на парковку, с которой у нас в городе вечные проблемы.

— Я не твоя девушка, — закатила глаза я.

— Ты не замёрзнешь так? — поинтересовался Саша, полностью игнорируя мою реплику. — Я могу дать тебе свою куртку…

— Мереминский, что прикупил хату на северном полюсе? — хмыкнула я в ответ. — Если тебе не нравится, как я выгляжу, просто верни меня обратно домой! И езжай один.

— Лиз, ты порой на пустом месте делаешь какие-то очень странные выводы, — покачал головой Корсаков и неожиданно положил руку мне на бедро, там, где кончалась ткань платья. Жар от горячих пальцев в одно мгновение заставил меня вспыхнуть. — Мне всё нравится.