Холода я не чувствовала совсем, напротив, казалось, еще немного и я сгорю под этим восхищенным и пылающим взглядом.

— Идеальная, — тихо шепчет Саша, проводя пальцами по окружности груди. Накрывает ладонями, слегка сжимая. Выгибаюсь к нему навстречу и не могу сдержать стона.

Я стою перед ним абсолютно голая, с затуманенным желанием взглядом, но никакого смущения у из-за этого не было. Хотелось тоже увидеть его всего, вот также без одежды, но возмутиться разнице в нашем положении мне не дали — Саша вновь притягивает меня к себе, накрывая мои губы глубоким, неторопливым поцелуем. Бережно подхватывает меня на руки, так и не размыкая наших губ. Я просто почувствовала, как отрываюсь от земли, во всех смыслах.

Какие-то считанные мгновения и вот я уже в его комнате, на его кровати. И чувствую его руки и его губы везде на своём теле. И не верится, что может быть так. Я столько лет отвергла всю эту чушь про двух половинок одного целого, но сейчас — как иначе можно назвать то, что происходит между нами? Потому что только так вместе — идеально. Будто мы две детали, которые идеально выточены друг под друга. Какая-то магия, которая не поддается никакому логическому объяснению.

Когда сразу с лёгкостью подхватываешь ритм движений, и знаешь на каком-то подсознательном уровне, что да — вот так и нужно, чтобы было хорошо. Когда и руки, и губы открывают новые неизведанные ранее точки, уводя на беспредельную высоту. И рваное дыхание будто одно на двоих, и пульс сердца, отчаянно бьющегося в груди. Когда кричишь и шепчешь любимое имя, и чувствуешь себя самой счастливой слыша своё имя в ответ.

Нежность и неторопливость растворяется в ускоряющихся стремительных движениях, навстречу наслаждению, навстречу друг другу. Кожа к коже, сердце к сердцу. Одна общая цель — чтобы в один миг оказаться там вместе, на краю вселенной. Нашей собственной, личной вселенной. Той самой, которая открывается двоим, в момент наивысшего наслаждения.

Саша, Саша, Сашенька… Люблю тебя! И плевать на всё. Здесь и сейчас просто люблю. Так хочется шептать эти слова, уткнувшись ему лицом в грудь. Но я лишь сильнее зажмуриваюсь и прячу взгляд, утопая в его объятиях. Сейчас не время и не место. Просто меня переполняют эмоции, и ещё не до конца вернулась способность здраво мыслить.

Мне ещё никогда не было так хорошо, как с ним. И одна лишь мысль, как я раньше могла жить без него, кажется какой-то дикой, неправильной.

Судя по Корсакову, усталости он совсем не чувствует. Лишь несколько капель пота на лбу и шальной дымчатый взгляд выдают, что он совсем недавно предавался жаркой изнуряющей активности. Интересно, а у меня сейчас какой вид? Ой, да плевать! Когда он так смотрит на меня, то мой разум как по щелчку вырубается. А приятная истома вновь сменяется возбуждением, которое разливается по всему телу.

Желание вновь ощутить его так близко, как только возможно между мужчиной и женщиной становится просто невыносимым. И я тянусь к Саше сама, обхватывая его за шею и притягивая к себе в каком-то опьяняющем поцелуе, приятно ощущая тяжесть его тела.

Ещё немного и такими темпами мы пойдём на второй заход. А если часы на прикроватном столике не врут, то время уже давно перевалило за полночь.

— Мне, наверное, нужно идти… — облизывая опухшие, я бы даже сказала истерзанные губы говорю я. Ведь если мне изначально приготовили отдельную комнату, значит спать он планировал здесь один? По факту я так до сих пор ничего и не знаю о его привычках.

— Куда? — Корсаков перекатывается на бок и удивлённо смотрит на меня.

— Ну… в свою комнату, спать.

— Спать ты будешь здесь, — лёгкий, но уверенный захват рукой поперёк живота, притягивает к себе и опаляет горячим дыханием шею. — Но нескоро.

Уснуть, как мне и предсказывали, удалось только под утро.

После такой ночи мне казалось, что я просто не встану с кровати. И уж точно не захочу идти ни на какие-либо пешие экскурсии. Но аппетитные запахи, которые донеслись до моего носа, слегка торчащего из-под одеяла, сделали своё дело. Глаза моментально распахнулись, тело приняло вертикальное положение, а одеяло резким движением было откинуто в сторону.

— Доброе утро, — говорит возмутитель моего спокойствия, держа в руке поднос с едой и кофе, который распространял по всей комнате умопомрачительный аромат. — В прошлый раз с завтраком в постель как-то не получилось…

— И ты решил исправиться? — усмехаюсь я, заворачивая себя обратно в одеяло. Глупо, но при свете дня, нахлынуло лёгкое смущение перед Александром третьим. Хотя чего он там не видел после этой ночи? Перевожу взгляд на Корсакова, который одет лишь в лёгкие спортивные штаны, и не стесняется щеголять с утра пораньше с голым торсом и вгонять в краску ещё не до конца проснувшихся девочек. У которых пробуждался аппетит, совершенно никак не связанный с едой. — И когда только успел?

— Ты довольно долго спала, — улыбается Саша, аккуратно ставя деревянный поднос рядом со мной. Садится рядом и оставляет на моих губах нежный поцелуй с ноткой кофе. Значит, кто-то уже успел позавтракать, пока я дрыхла. Перевожу взгляд на часы. Ничего себе! Нормальные люди уже скоро сядут обедать, а я только открыла глаза. — Я даже успел поработать.

— О боги. Саш, ты когда-нибудь устаешь, а? Мне после сегодняшней ночи не хочется вообще вылезать из постели.

— Это можно устроить, — мурлыкает Корсаков куда-то в шею, проводит медленно вниз губами, моментально запуская по моей коже тысячу мурашек.