— Отключи телефон, — сказала она.

— Чёрт… — выдохнула Элена и, достав мобильный из кармана, нажала отбой.

— Ты из-за него не выходила?

Элена кивнула.

– Извини. Я просто испугалась.

— Всё правильно. Если увидишь его ещё раз – скажи. Будешь бегать вместе со мной.

Элена кивнула ещё раз и побрела вдоль берега назад.

Эвана не очень обрадовала перспектива прощального вечера.

Во-первых, он попросту не хотел тратить время на общество людей, каждый из которых чего-то хотел от него. Он и раньше любил побыть в одиночестве, но прежде, ещё до того, как он стал князем, таких возможностей у него было полно. Теперь же одиночество стало особенно актуальным для него.

Во-вторых, было в этом словосочетании что-то, намекающее на похороны. Что-то, чего он очень хотел бы избежать – ну, или, по крайней мере, хотел бы, чтобы это «что-то» прошло без него.

Однако отказывать губернатору этикет не позволял, да и Кестер старательно плясал вокруг него, помогая подобрать костюм, как будто для него всё это было делом исключительной важности.

— Я бы советовал вам вот этот.

Эван окинул взглядом клетчатый костюм из твида. Может, он бы его и одел, но настойчивость племянника раздражала.

— Мне будет в нём жарко, — упрямо заявил он и, не глядя на услужливо протянутые руки спутника, взял с вешалки простой серый фланелевый костюм, — мы слишком задержались здесь. От Линдси нет вестей?

Кестер ответил не сразу.

— Я бы советовал вам подождать ещё пару дней. Уверен, скоро он нагонит нас…

— Нет! – отрезал Эван. Для него делом принципа было не показывать своей слабости, хотя, в сущности, особой теплоты к племянникам никто от него и не ожидал. – Если ему так трудно выполнить моё распоряжение в срок, то я вполне обойдусь и без него. Завтра же утром ставь корабль на разогрев.

Кестер поджал губы и промолчал. Ясно было одно – нынешний князь редкостно упрям. А как добиваться от него своего — он пока не понимал.

Закончив одеваться, они спустились на первый этаж, и, едва приоткрыв двери центрального салона, Эван замер, не зная, что сказать.

Звуки волынок с порога оглушили его, а воздух в зале наполнял тяжёлый аромат тушёных потрохов.

Несколько секунд он стоял молча, пока не заметил, что одна из управляющих клуба – Жоэль – спешит к нему. На Жоэль было клетчатое платье почти из такой же ткани, какую предлагал ему Кестер только что.

— Вот и хорошо, что я его не надел, — пробормотал Эван и захлопнул за собой дверь раньше, чем Жоэль добежала до него и начала кудахтать что-то наподобие: «Что для вас сделать? Вам помочь?»

Эван молча опустился за столик, который обычно занимал. В зале было довольно много людей, но, к счастью, на него внимания никто не обращал.

Тут же Жоэль подала знак, и девушки, старательно дувшие в волынки, промаршировали к центру сцены, на которой в первый день присутствия Эвана на станции стоял рояль. Все они были одеты в одинаковые зелёные килты, из-под которых виднелись белые футболки. Такие же белые гетры были у них на ногах, и ни одной девушки Эван не знал.

Удивиться он не успел, потому что, выстроившись в линию, девушки отступили назад. А в приоткрывшуюся дверь, ведущую, видимо, «за кулисы», влетела троица танцовщиц уже не столько в килтах, сколько попросту в юбочках в красную клетку-тартан. Гетры у этих были чёрными, и они молотили о пол ногами так стремительно, что каждое движение в отдельности с трудом мог вычленить глаз.

Эван на несколько секунд опустил взгляд в тарелку, которую поставили перед ним – там лежала половинка телячьего желудка, фаршированная мясом – и быстро поднял глаза назад. На несколько секунд взгляд его остановился на белых коленках, мелькавших в складках клетчатой ткани и тут же исчезавших опять, а затем он едва не поперхнулся, встретившись с рассерженным взглядом льдисто-голубых глаз.

Подумал секунду и, снова опустив взгляд к коленкам, принялся разглядывать эту, куда более интересную для него часть.

Элене досталось место в самом центре троицы – почему, она и сама бы не могла сказать. Возможно, Жоэль просто показалось, что две блондинки будут хорошо смотреться с двух сторон от неё.

Но кроме пристального внимания всех гостей, которое, в общем-то, Элена и не брала в расчет, это означало кое-что ещё: когда первая мелодия закончилась, и зал огласил последний такт, помощники Жоэль толкнули небольшой круглый щит с шипом посредине так, что тот выкатился на самый центр зала, едва не проехав девушкам по ногам.

Констанс и Ливи тут же отпрыгнули назад, Элена должна была сделать куда более сложный кульбит и приземлиться уже не на пол, а на щит. Одна мелодия стремительно сменилась другой. Ливи и Констанс остановились, хлопая в ладоши. Элена могла бы поклясться, что Ливи насмешливо смотрела на неё, когда Элена принялась прыгать по щиту, стараясь не напороться на шип. Притопывая ногами по щиту в бешеном темпе льющейся из-за спины музыки, она одновременно щёлкала пальцами в такт и думала про себя, какими такими делами заслужила это всё.