Вода была обжигающе горячей, но Урсула добрых десять минут простояла под струями, натирая волосы и тело мылом с золотыми крупицами. Наконец вымывшись, она вошла в наполненную паром ванную, насухо вытерла волосы полотенцем и накинула один из халатов Люциуса. Что бы он ни приготовил для неё, по крайней мере, она больше не была грязной.

В гостиной Люциус сидел на позолоченном стуле с Экскалибуром на коленях. Урсула нахмурилась. На нём была чёрная рубашка и тёмно-синие брюки. Единственным золотым украшением на нём была тонкая цепочка на шее.

— Какие-то проблемы? — поинтересовался Люциус.

— Я просто удивилась, что на тебе нет золотой рубашки.

Люциус пожал плечами.

— Это было бы излишне показушно.

— Послушай, — сказала Урсула, — я оценила душ, но чего ты от меня хочешь?

— Я хотел услышать твою версию истории.

— Мою версию, — повторила она, ошеломлённая такой переменой в его поведении.

Люциус прочистил горло.

— Гризиал. Пожалуйста, присоединяйся к нам.

Дверь между двумя саркофагами со скрипом отворилась, и в комнату вошла Гризиал, чьи белые волосы ниспадали на ярко-красное платье.

— Привет, Урсула.

Урсула моргнула.

— Что ты здесь делаешь? Я думала, ты сбежала.

Гризиал улыбнулась.

— Я тоже так думала, но Люциус догнал меня.

— Значит, ты тоже пленница?

— Нет, — сказал Люциус. — Гризиал вольна уйти, если она того пожелает.

Урсула скрестила руки на груди.

— Не могли бы вы немного ввести меня в курс дела? В последний раз, когда я видела вас двоих вместе в комнате, вы пытались убить друг друга. И это было всего несколько часов назад.

— У нас сложное общее прошлое. Но ты единственная, кто заставляет меня нервничать. Если я правильно помню, ты выпотрошила моего друга Дрека, — серьёзно произнёс Люциус.

— Ну, он съел меня, — пробормотала Урсула. — А что я должна была делать?

— Большинство людей считают большой честью быть съеденным драконом. Говорят, что драконья желчь очищает душу от греха и освобождает от любых земных уз. Если бы ты позволила себя переварить, то могла бы прожить славную загробную жизнь.

«Славная загробная жизнь, ну да, ну да».

— Ясно… — протянула Урсула.

Люциус наклонился вперёд, пристально глядя на неё своими янтарными глазами.

— Гризиал рассказала мне твою историю о том, как ты заполучила Экскалибур. Я хотел бы, чтобы ты поняла, что я годами работал в качестве палача. Я знаю, когда люди лгут, а когда говорят правду. Скажи мне. Это правда, что ты разговаривала с Вивиен? Что она дала тебе Экскалибур?

Урсула понятия не имела, что происходит.

— Ты имеешь в виду Владычицу Озера?

Люциус пронзил её взглядом.

— Я предположил, что ты украла у неё клинок

— Нет. Она дала его мне, чтобы я сразилась с Дитём Тьмы.

Люциус уставился на клинок, лежащий у него на коленях. Со своего места Урсула могла видеть слова «брось меня», выгравированные на стали.

— Вивиен была моей большой любовью. Если бы не этот клинок, она бы не умерла, — тихо сказал Люциус и медленно оторвал взгляд от стали. — То, что ты рассказала Гризиал про Дитя Тьмы, также правда?

— Да, — сказала Урсула. — Пока мы говорим, Абракс набирает силу. Он говорит, что намерен освободить человечество, но он хочет только править им. Если он добьётся успеха, то подчинит себе мир людей и магические царства.

Люциус медленно кивнул.

— Я помогу тебе, — Люциус перевел взгляд с неё на клинок. — Мне жаль, — сказал он, — но клинок мой, — он поднялся, убирая Экскалибур обратно в ножны.

Люциус уже поворачивался к двери, когда она распахнулась. В комнату ворвались пятеро охранников. Они направили свои винтовки на Урсулу.

Из-за их спин в комнату вошёл дедушка Урсулы.

— Король просит аудиенции со всеми вами троими.

Глава 34

С винтовками, направленными ей в спину, Урсула вошла в большой зал. Король Мидак пристально смотрел на неё со своего трона.

— Почему заключённая вышла из своей камеры? Почему ты общаешься с ней?

Люциус подошёл к королевскому трону.

— Сэр, я верю, что девушка говорит правду. Что существует непосредственная угроза королевству.

Король склонил голову набок, и его губы скривились.

— Я решаю, когда королевству угрожает опасность, — он поднялся со своего трона: — Разве я не король?

— Да, Ваше Величество, — сказал Люциус, опуская глаза.

Король свирепо посмотрел на оборотня, затем указал на Гризиал. Она перекинула свои белые волосы через плечо, что выглядело как акт неповиновения.