— Чтобы умереть, молодой человек, много времени не требуется.

Сделав это уточнение, Карл щелкнул золотой зажигалкой и прикурил очередную сигарету. Его маленькие ярко-голубые глазки, как буравчики, впились в лицо Пита.

«Сукин сын», — подумал Пит и обратился к группе:

— Если вы не возражаете, я пойду переоденусь в сухое.

Он посмотрел на Мэгги и кивком головы предложил ей следователь за ним.

— Если полиция захочет поговорить со мной, я буду в своей комнате.

Пит взял Мэгги за руку, и они пошли к лестнице, ведущей на балкон. Поднявшись на последнюю ступеньку, они обернулись: все провожали их глазами.

— Что за люди! — сокрушенно пробормотал Пит. — Им совершенно безразлична смерть Марии.

— Они даже не пытались спасти ее, — сказала Мэгги. — Никто даже пальцем не шевельнул, чтобы вытащить ее из воды. А медсестра? Почему она ничего не попыталась предпринять? Она ушла предупредить Джейсона, не удостоверившись, что Мария действительно мертва. Скажу об этом Мунтоливу.

— Оставь, Мэгги… Мария мертва, и для нее это нс имеет уже никакого значения. Пусть полиция поинтересуется у Адамс, почему она не попыталась спасти ее.

Они поднялись на второй этаж и пошли по коридору, продолжая разговаривать вполголоса, словно опасаясь, что их могут подслушать.

— Я никак не могу понять, для чего здесь находится медсестра, — сказала Мэгги, открывая дверь. — Тебе это не кажется странным? Вполне возможно, что Адамс не настоящая медсестра. Поэтому-то она и не подошла к Марии, чтобы осмотреть ее.

Закрыв за собой дверь, Пит тихо произнес:

— В любом случае, ничего не следует брать из ее рук и следовать ее предложениям. В противном случае мы рискуем не выйти отсюда живыми. Я чуть не отдал Богу душу, принимая обычный душ, а теперь еще и вот это!

Пит замолчал, стаскивая через голову мокрую рубашку.

— Кстати, где Мунтолив? Мы не видели его с самого утра. Как хозяин, он ведет себя очень странно.

— Он будет на ужине, — сказала Мэгги, направляясь в ванную за полотенцем для Пита.

— Но мне там нечего делать, — сказал Пит. — Я не смогу проглотить там ни кусочка.

— Пит, мы весь день ничего не ели.

Мэгги протянула ему полотенце. Он набросил ею себе на плечи и притянул ее к себе.

— Ты уверен, что тебе ничего не хочется? — спросила она.

— Хочется… стаканчик любимого виски и… тебя.

— Верю, — прошептала она, обнимая его за талию. — Я могу это организовать.

— Что?

— И то и другое… И виски, и себя. С чего бы ты хотел начать?

— С виски.

— Хорошо. Сейчас принесу.

Она поцеловала его в губы и выскользнула из его объятий.

— Мэгги, — сказал он, удерживая ее за запястье, — я люблю тебя… очень…

— Я тоже люблю тебя… очень, Пит Даннер.

Мэгги вошла в большой зал, подошла к бару и налила виски для Пита. Смерть Марии потрясла его, вряд ли виски поможет ему успокоиться. Она пожалела, что не взяла с собой немного наркотиков: они побоялись везти их через английскую границу. Но вот Клиф… Она была уверена, что у этого парня есть марихуана, и решила обратиться к нему позже.

На площадке второго этажа Мэгги столкнулась с Адамс.

— Вот вы где, мисс Уолш! Вас-то я и ищу!

Медсестра стояла неподвижно, перекрывая собой

вход в коридор.

— Я спустилась вниз за виски. Этот трагический случай сильно взвинтил нам нервы.

— Мисс Уолш, вас срочно хочет видеть мистер Мунтолив.

— Вот как! Мы пойдем к нему вместе с Питом.

Она хотела обойти Адамс, но та преградила ей путь и взяла из руки стакан.

— Он желает видеть только вас, мисс Уолш.

Адамс говорила спокойным голосом, но было ясно, что она не из тех, кому можно не подчиниться.

— Разве его не будет на ужине?

— Боюсь, что не будет, — ответила медсестра, не потрудившись дать более точное объяснение. — Вас долго не задержат. Стакан мы оставим здесь.

Они пошли через галерею портретов, погруженную в полумрак, и стали подниматься по лестнице, ведущей на третий этаж. От каменных стен исходила неприятная холодная сырость. Мэгги поежилась, отметив, что это, должно быть, была самая старая часть замка, самостоятельное крыло, возведенное раньше XVI века.