Еле касаясь, Седов гладил мои бёдра и не спешил переходить к более активным действиям. Из-под ресниц медленно скользил по мне взглядом, раздевая и облизывая им. От этого моё тело наливалось жаром, и я сдалась, бросила корчить из себя недотрогу. Скользнула ладонью по его груди и расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке. Юра приподнял бровь, озорно хмыкнул и расстегнул одну пуговицу на моей блузке. Я скользнула рукой ниже, позволяя пальчикам проваливаться под ткань и как бы невзначай поглаживать его кожу. Медленно освободила из петли следующую. Юра тяжело задышал, и его ответ на моей блузке не заставил себя ждать. Я мысленно улыбнулась: ясненько, у кого-то появилось настроение немного поиграть перед «едой», - и продолжила распаковку своего «подарочка».

Но пуговицы на моей блузке закончились быстрее, чем на его рубашке. А я успела подобраться только к треклятому ремню. Седов мигом понял причину заминки и расстегнул его, избавляя меня от возни с этим адским аксессуаром. И снова замер, провоцирующе поглядывая на меня из-под ресниц. Мол, что теперь? Решишься пойти дальше?

Ну что за хитрюга? Ладно, мы тоже не пальцами скатаны. Я потянула его рубашку вверх, выдёргивая ткань из штанов, и в пару движений расстегнула оставшиеся пуговицы. Юра наигранно недовольно надул губы. Но я с восторгом смотрела на открывшийся моему взору торс. Не отказала себе в удовольствии и погладила ладонями по его животу, груди. Словно бы случайно задела пальцами жёсткие горошины сосков. Мужчина подо мной вздрогнул всем телом, выгнулся навстречу руке и то ли простонал от удовольствия, то ли предупреждающе прошипел:

– Лара… - нырнул руками под блузку, провёл по спине и притянул к себе.

Я прильнула к нему, послушно подставляя губы, и Седов не заставил себя ждать. Жадно впился поцелуем и прижал к себе так крепко, что я не сразу почувствовала, когда он успел расстегнуть крючки на моём бюстгальтере. А осознала это только тогда, когда Юра, поглаживая меня по бокам, немного отстранил от себя и плывущим взглядом оценил плод своего хулиганства. Но результат диверсии его, видимо, не удовлетворил: моя грудь оставалась прикрытой бельём. И тогда Юра ловко отстегнул бретельки от чашечек, дёрнул вниз мою «сбрую» и небрежно откинул её в сторону, на сиденье к куртке.

И алчно заскользил по моим оголившимся прелестям глазами, облизываясь, точно голодный кот на сметану. Я почувствовала, как меня обдаёт жаром с головы до ног, и попыталась от смущения прикрыться полами блузки. Но в тот же момент и она, и юбка были безжалостно с меня сдёрнуты и отправлены в кучу на соседнее кресло.

Горячий рот Юры прильнул и сомкнулся на навершии моей груди. Тело прострелило сладостной судорогой, и я не удержалась от стона, выгнулась навстречу его губам и языку. Не прекращая ласк, Седов принялся расстёгивать свои штаны, в яростном нетерпении резко дёргая ткань и молнию. Покрывая поцелуями мою с бегущими мурашками кожу, достал вздыбленный член и просипел мне в шею:

– Прости, не могу больше… Терпи, Лара, терпи… - и прежде чем я успела опомниться, отодвинул в сторону мои трусики и направил член в мою влажную промежность, надавливвая второй рукой мне на бедро и вынуждая насаживаться на него.

Я инстинктивно воспротивилась, оберегая свою, ещё не готовую принять его, плоть, но Юра сжал мои ягодицы обеими руками и удержал, не давая отодвинуться. Рванул своими бёдрами навстречу, сразу входя почти во весь размер.

Из горла само собой вырвалось тихое скуление от боли, но Юра притянул меня к себе и закрыл своими губами мои, заглушая этот звук. Ритмично задвигался подо мной, вонзаясь членом в влажное нутро и стирая волнами наслаждения первые неприятные ощущения.

Стон снова вырвался из моей груди, но на этот раз от удовольствия. Окунаясь в ощущения, я прикрыла глаза и закачала бёдрами ему навстречу, впилась ногтями в кожу на его плечах.

Хватка на моей заднице стала мягче. Юра мягко гладил её полушария, подбадривающе сжимал, направлял к себе, прикрыл глаза и с грудным рычанием стал вторить издаваемым мною пошлым звукам.

* * *

То, что происходило потом, я не иначе как безумием назвать не могу. Всё слилось в сознании в единое мешево из жара его губ, дыхания на коже, влажной бархатистости языка, слегка царапающей грубости рук, наших стонов и волн оргазма за оргазмом.

Я не могу уже точно сказать, в какой момент мы оказались на заднем сиденье и продолжили страстно совокупляться, меняя позы, одна на изощрённее другой.

М-ды…не думала, что умею так изгибаться и растягиваться… А ведь какая приличная женщина была! Это всё он, Седов…

Я приоткрыла глаза и огляделась. Мы лежали с Юрой в обнимку. Насытившиеся и размякшие. Он крепко прижимал меня одной рукой к себе, а вторую закинул за голову, смяв под ней свой пиджак вместо подушки. Его брюки были на месте и застёгнуты. Эм-м… он что, так и не снял их? Или успел надеть обратно?

Мою наготу прикрывала только его рубашка. Головой я лежала на груди Юры, игриво закинув на него ногу. На которой, какого-то чёрта, не было чулка! На второй же ноге он был в наличии.

«Честное слово, я не брал», - сонно заверил меня чертёнок, и я мысленно погладила его по курчавой голове, убаюкивая обратно.

Трусы мои так же испарились в неизвестном направлении.

Я бросила взгляд в окно. Серое мраклое небо хмурилось над верхушками сосен. Совсем скоро стемнеет. Пожалуй, пора выдвигаться домой. Как бы мне этого ни хотелось. В объятьях Юры я чувствовала себя защищённой, приятно было просто лежать и слушать ровный успокаивающий стук его сердца.