Он весь напряжен и его состояние передаётся и мне. Уж не знаю отчего такая отстранённость в поведении Аврамова, то ли из-за предстоящего разговора, то ли из-за шумихи вокруг его персоны, но предчувствие о надвигающейся буре меня не покидает.

– У тебя все хорошо? – все же не могу удержаться от вопроса.

Мы оба сидим на заднем сидении автомобиля и если обычно Тимур не стесняется касаться меня при водителе, целовать, провоцировать и заводить, то сейчас даже не смотрит в мою сторону. Отвернулся к окну и задумчивым взглядом провожает здания и прохожих.

– Да, я просто думаю. Не бери в голову, – отмахивается от меня, мне же вмиг становится неуютно.

– Если ты не знаешь как сказать, что передумал насчёт нашего брака и всё-таки хочешь развестись, то не тяни и говори прямо, – выдаю на одном дыхание то, что кажется мне самым логичным. – В конце концов я ведь ещё даже не дала тебе положительный ответ, так что никто никому ничего не должен.

– Майя, не говори глупостей, – мягко произносит он и поворачивается ко мне. – Я точно не буду тем, кто первый подаст на развод, уж поверь мне.

– Знаешь, в своей упёртости мы стоим друг друга. Потому что все это время я не подавала на развод, потому что тоже не собиралась быть первой. Но если уж мы перешли к откровенным разговорам, то позволь спросить, почему ты не разорвал наш брак официально? Ты стал нереально богатым, Аврамов, могло ведь так случится, что в один прекрасный день я бы решила оторвать себе кусок послаще.

Тимур как-то странно улыбается, не отводя от меня взгляд. Так смотрят на маленького ребёнка, который жутко умиляет.

– Я скорее поверю что произойдёт смена магнитных полюсов, чем в то, что ты решишь отобрать у меня часть имущества при разводе. Я слишком хорошо тебя знаю, Майя.

– Людям свойственно меняться, Тимур. Я могла превратиться в охотницу за деньгами.

– Только не ты, Майя, – искренне смеётся Тим. – Но признаюсь, ты меня удивила рассказав о сети ресторанов, я даже не сразу тебе поверил.

– Ты в курсе, что это самый худший комплимент в жизни, Аврамов? – наигранно возмущаюсь я и бью его куличком в плечо. Улыбаюсь. Обстановка резко теплеет, а напряжение уходит.

– В таком случае мне срочно нужно реабилитироваться, – он склоняется ко мне, зарывается пальцами в мои волосы на затылке и притягивает к себе для поцелуя. Томительного, медленного, жаркого.

– Этого недостаточно для полной реабилитации, – выдыхаю ему в губы.

– Продолжим сегодня ночью.

– Звучит многообещающе.

– Обещаю, я тебя не подведу, – нагло ухмыляется Тимур. – Приехали.

Тимур поправляет воротник рубашки, недовольно поглядывая на толпу журналистов у дома. К счастью, вы объезжаем парадных вход и в дом попадаем через подземный паркинг. Туда никто из посторонних проникнуть ещё не успел.

В лифте поднимаемся а полном молчании, наш багаж доставят в пентхаус позже. Тимур сверлит хмурым взглядом экран над циферблатом лифта, спрятав руки в карманах и прислонившись к стене.

Щелчок и перед нами распахиваются створки. Знакомая гостиная встречает нас тишиной. Я же все ещё гадаю, о чем пойдёт разговор с Тимуром. Развод отпадает, так что это может быть?

Тимур выходит из лифта первым, обводит пространство взглядом, а потом резко замирает.

– Мама? Что ты здесь делаешь? – удивленно спрашивает он.

Я делаю ещё несколько шагов, ровняюсь с Аврамовым и тяжело вздыхаю. Потому что за барной стойкой в полной тишине сидит моя бывшая свекровь, с которой мы в прошлом недолюбливали друг друга, а что уж говорить о настоящем?

Любовь Олеговна окидывает нас недовольным взглядом. Судя по тому, что моим присутствием бывшая свекровь не удивлена, она уже в курсе последних сплетен и явилась для того, чтобы проверить лично, что из всего правда, а что нет.

– Ты что, не рад меня видеть, сын?

Она пересекает гостиную, направляясь в нашу сторону. Важная такая, словно хозяйка в этом доме она, а не Аврамов. Осанка прямая, в глазах высокомерие. На меня не обращается никакого внимания, словно я пустое место. Она в дорогом дизайнерском платье и туфлях. Кажется, за то время, что мы не виделись, она помолодела. Или же сделала пластику, потому что ее лицо лишено морщин и шестьдесят ей не дашь.

– Я всегда рад тебя видеть, но мы же договорились: перед приездом ты будешь предупреждать меня. К тому же я мог быть за границей, а не здесь.