Он посмотрел на друга.

– Затем упала, как и все остальное. Я вспомнил слова Турина. Он когда умирал, тянул ее и все шептал. Просил дать шанс. «Дай шанс, дай шанс…».

– Ты уверен?

Ниршан твердо и утвердительно кивнул.

– Она не шептун. Я не чувствую в ней опасности. Гуй Ли вцепиться в версию о шептунах. Но я докажу, обратное.

Велигор тяжело и понимающе вздохнул, шансов у Ниршана ноль. Все всё понимали, Совет наверняка уже решил. Слушания, лишь дань протоколам.

– Любовь слепа, не находишь? – не дождался ответа, продолжил. – Ты держи себя в руках. Он будет делать все, чтобы ты сорвался.

Ниршан не желал думать о плохом. Те истязания, которым подвергалась Максима сломали не ее, а его. Он впервые смотрел на арктиков, будто со стороны, он кто-то еще, а не бессмертный. И этот кто-то сочувствовал ей, кричал и корчился от боли вместе с ней, молчал и укорял его древнюю душу. Бился внутри него монстром, требуя выдать право на действия, на свободу.

Ниршану потребовалось много волевых усилий, чтобы заткнуть этот голос, заставить молчать, наблюдать с отстраненным лицом за всем, что делал Гуй Ли. Он сорвался один раз, и вот к чему это привело.

Совет Старейшин место круга, из пяти кресел для судий. Когда-то их было шесть. За ними полуовальный небольшой амфитеатр, для желающих посмотреть суд или собрание, слушание. Напротив кресло для свидетелей или обвиняемых. Зал выглядит торжественно и мрачно. Облицовочный камень черный, позолота мозаики на полу, на спинках кресел. Массивные металлические скульптуры навивают мысли о военном. Совет собирался в случаях крайней нужды и по особенным делам.

Ниршан Линь стоял перед ними, как и Гуй Ли, в строгих костюмах, в белых рубашках. Дресс-код обязателен. Кресло с обвиняемым пустовало.

Начинался первый этап разбора случившегося.

Он начал речь от защиты:

– Каждый из вас знает, шептуны - люди обладающие уникальными способностями. Но не все люди обладающие этими способностями шептуны. Позиция защиты - Максима Ли не является шептуном. Она ни разу не использовала свои способности во вред нам или людям. Не проявляла намерений или агрессии. И единственный раз, когда она проявила силы в автокатастрофе на трассе, использован во благо общества и всех участников.

– Обвинение против, такой постановки вопроса, - возразил Гуй Ли. – Мы считаем, что девушка, даже если она не шептун (он обвел ироничным взглядом собравшихся). Маловероятно, что она потенциально не способна воспользоваться способностями во вред. Ситуация в аварии доказывает, они у нее много больше, чем у любого шептуна. Как вы можете утверждать, что подозреваемая не является шептуном? Ее отец шептун. Она выросла и прошла обучение на Афоне. Факт, в штаб-квартире шептунов. И более того, происшествие в ночном клубе и ее поведение показывают, девушка умышленно пришла на встречу и создала ситуацию, при которой намеривалась навредить любому из нас.

– Факты говорят, что действовала подозреваемая по наитию.

– По наитию? Люди, не шептуны, имеют стабильное место жительство. Они существуют в базах данных и не бегают от органов правосудия, - произнес Жуан-Ди.

– Я надеялся на благоразумие Совета, на способность видеть факты, - откликнулся Ниршан.

– Факты говорят о том, что она скрывала свою личность и так как сама она одна бы не смогла этого сделать, ей помогали. А значит, было что скрывать.

– Совершенно верно, подозреваемая скрытная личность, и нарушила закон об информации и постановке на учет, но это не делает ее шептуном.

Гуй Ли поморщился.

– А как вы объясняете обмен Ци?

– Аномалией.

– Аномалией? – Гуй Ли махнул рукой. – Я прошу совет Старейшин обратить внимание, по протоколам следствия, мост Вечности проявился над Афоном в четыре пятьдесят пять утра. А во сколько по данным видеокамер Ниршан Ли удалился с подозреваемой в вип-комнату? За тридцать минут до этого. Обвинение настаивает на том, что два данных обстоятельства связаны. Хотя природа связи нам и не известна, пока. Так же как и факт, что Ци бессмертного теперь в теле смертной.

– Или была, - возразил Ниршан. – В тех же протоколах указано, Максима Ли до сих пор является приемной дочерью Гуй Ли, то есть твоей. А значит, она не подходит под юрисдикцию смертной и обязана получить защиту Рода. Разве нет?

– Мы расцениваем это, как угрозу всем нам. По бумагам, она и в самом деле моя приемная дочь. Но ведь ясно, что таковой не является. Защита имеет доказательства того, что Ци была в ней до клуба?

– Нет, - произнес Ниршан, ощущая бессилие. – Надеюсь, обвинение предъявит обратные доказательства.