От неё мы отправился к дочери и зятю Беляковой. Они жили на другом конце города, так что, когда он добрались до новостройки с декоративными портиками на крыше, было уже темно. Скоро надо будет прощаться с Марго и ехать к Кречетову. Но на последнюю беседу время есть.

На звонок в домофон ответил резкий, раздражённый голос:

— Да?!

Марго повторила обычное представление. Под конец, не давая собеседнику опомниться, добавила:

— Здесь проживает Алиса Белякова?

— Нет, здесь проживает Алиса Макарова. А в чём дело?

— Я так понимаю, вы супруг?

— Да.

— Можно с вами поговорить о профессоре Зинберге? Я расследую его смерть.

— О ком?

— Я объясню, если вы меня впустите.

— Ладно, входите. Пятнадцатый этаж. Но лифт не работает. Придётся вам прогуляться.

Дверь открылась, и мы оказались в подъезде. Было темно, горела всего одна лампочка, да и та на втором этаже. Первый пролёт пришлось преодолевать практически на ощупь. Я легко поднялся по лестнице, а вот Марго слегка запыхалась.

Нас поджидали: дверь были приоткрыта, из проёма выглядывала знакомая по фотографии мужская голова с залысинами.

— Живы?! — усмехнулся Борис Макаров, окинув нас слегка насмешливым взглядом. — А мы так уже пятый день ходим. Зато на улицу стараемся лишний раз не выползать.

— Как я вас понимаю! — выдохнула Марго.

— Входите. Сейчас дам водички.

Макаров впустил нас в квартиру и отправился на кухню. Марго рухнула на стул перевести дух, а я последовал за ним.

— Ваша жена дома? — спросил я, когда Макаров подал мне стакан с водой.

— Да, она в ванной. Скоро выйдет. Может, пока объясните, в чём дело? Не похоже, чтоб вы были из полиции.

Я объяснил, кто мы. Макаров присвистнул.

— Ничего себе! Вот уж кого не ожидал увидеть у себя в гостях, так Ваше Сиятельство, — он не казался сильно смущённым. Скорее, просто удивлённым. — И что, сами бегаете, преступников ищете?! — недоверчиво проговорил он.

— Иногда приходится. Вы знаете профессора Зинберга?

— Первый раз о нём слышу. Кто это?

— Он нашёл в Антарктике тело отца вашей жены, Кирилла Белякова.

— А-а, — протянул Макаров. — Алиса что-то такое рассказывала. Только он приходил не к нам, а к её матери.

— У неё мы уже были.

— Ну, мы об этом знаем только с её слов. Она звонила Алисе после того, как у неё побывал этот профессор.

В этот момент появилась жена Макарова. Она была в халате и с полотенцем на голове.

— Здравствуйте, — сказала она. — Вы из полиции?

— Нет, детка, — сказал Макаров. — Это сам господин маркграф к нам пожаловал! По важному делу.

Женщина ойкнула, приложив ладонь ко рту. Глаза у неё округлились.

— Его Сиятельство хочет знать, о чём твоя мать говорила с профессором, который нашёл в Антарктике твоего отца, — сказал Макаров.

— Да ни о чём таком особенном, — растерялась женщина. — Об этом речь и шла.

— Вы разговаривали с матерью об этом по телефону? — спросил я.

— Да. Она сказала, что профессор просто сообщил, что папа погиб. Вроде как он считал это своим долгом.

— Больше ни о чём?

— Например? — растерянно пробормотала женщина.

— О бумагах или чертежах каких-нибудь, — во время этой фразы я украдкой взглянул на Макарова, но у того на лице не дрогнул ни один мускул.

— Нет, не помню ничего такого, — уверенно ответила женщина.

— Тогда больше у меня вопросов нет, — я ободряюще улыбнулся. — Если вы не против, я ещё немного поговорю с вашим мужем и уйду.

Женщина быстро кивнула и вышла из кухни. Через несколько секунд до нас донёсся шум фена.

— Что за тайны? — прищурился Макаров, глядя на меня. — Зачем вы выставили Алису?

— Вы служили в армии?

— Да. И воевал даже.

— Кем служили?

— Сапёрные войска.

— А кем работаете?

— Сношу здания. Расчищаю место под строительство новых домов.

— Как вы это делаете?

— Взрываю. А что?

— Если я попрошу вас предоставить алиби на некоторые периоды за последнюю неделю, что вы ответите?

— Для начал спрошу, зачем вам это нужно.

— А если я скажу, что хочу, чтобы вы это сделали просто в виде одолжения?

Макаров нахмурился.

— Ваше Сиятельство, я готов помочь, но ведь алиби нужно подозреваемым, а я даже не знаю, в чём вы меня…

— Строго говоря, — перебил я, — у меня нет оснований вас в чём бы то ни было подозревать. Кроме того факта, что вы умеете обращаться с бомбами, а в деле, которое я расследую, преступник прекрасно управляется со взрывчаткой.