Ну хорошо, если профессор хочет драться кем-то из своей практики, кто это может быть? Да кто угодно. Будь у Одиссея нейр с услужливым ИИ и базами данных, он бы нашёл ответ за секунды, даже без подключения к Великой сети: просто посмотрев академическую карьеру Свийса. Но нейра не было.

— Чего копаешься? — удивился змей, вытянув шею. — Уже струсил? Разумная реакция.

— У меня пассажир, — напомнил детектив, аккуратно вытащив из-за пазухи спящую хистеройку.

— А? Что? — спросила она в полусне. — Нет, я не буду чищенных муршмул, давай попозже…

Фокс протянул малышку Ане, и та молча приняла, впуская внутрь своей защиты. Руки детектива и девушки коснулись, глаза встретились, и она одними губами сказала короткое имя.

Одиссей тяжело вздохнул.

— Я и забыл, что ты добрый парень, — нервно фыркнул змей. — Спас Лума в отборочном, приютил эту дурочку. Жаль, что придётся с тобой так расправиться. Снова.

Детектив взошёл на арену, выпрямился напротив Свийса и увидел, что старик боится. Он хорохорился и пытался оказать давление, но получалось примерно на 0,1 бар. Учёный и преподаватель, он мастерски овладел умением отрываться на беззащитных студентах и ассистентах. А попытка проявить несуществующее превосходство над тем, кто старше и умнее, получилась довольно жалкой.

— Что ж, начинай, — поддержал Фокс.

Синие звезды вспыхнули, Одиссей взял свою в руку и оказался в единстве — не с игроками, а со множеством героев и бойцов. Сонм глаз смотрели на человека, их хозяева были готовы сделать шаг и занять его место. Их было так много: чемпионы галактики, лучшие воители, десятки тысяч личностей, от исторических до совершенно неизвестных! В обычном состоянии Одиссей не сумел бы даже окинуть всех взглядом, но в единстве чувствовал всех и каждого.

Его разум скользил по смысловым блокам. Хочешь защиты? Вот расфокусированный одномерный висай, которого почти невозможно поразить. Готов к агрессивной атаке? Выбирай мастера поединков: вот схейс-киборг из плеяды звёздных гладиаторов, семикратный кумир безграничной толпы. Вот фотонный самурай с катаной-лучом в руках, вакидзаши-бликом в ножнах и хоро-затмением на плечах. Это айн-стоик, тело которого висит в воздухе по частям, застывшее в гармонии десятков идеально синхронизированных боевых рассекателей.

Каждый из них достоин стать твоим орудием.

Сознание Одиссея с мимолётным удивлением промчалось мимо ослепительно-белого Трайбера, который выглядел гораздо опаснее и сильнее, чем тот, что жил сейчас на «Мусороге». Мелькнул фазовый прыгун, мастер непредсказуемо атаковать и исчезать, пронеслись ряды огневой мощи, где громоздились жерские и геранские киборги в батарейных комплектациях.

Выбирай.

В конце бесконечных рядов, на вершине вершин мелькнула одинокая человеческая фигура в золотом доспехе из мелких чешуек, покрывавшем его целиком — Фокс почувствовал нетривиальную историю, стоящую за величайшим бойцом в истории человечества. Возьми золотого воина, и вероятность победить станет высока вне зависимости от выбора соперника… Но Одиссей искал не его.

В глубинах единства крылись громады убийственных монстров всех миров. А может, шепнуло сознание, призовёшь тегиарха, грозу гипер-пространства и сокрушителя кораблей? Нейтронных терзателей, от одного вида которых большинство гуманоидов впадает в глубокий шок? Смертоносных ириалинов, проедателей материи, чистых, как северный ветер? Или старого-доброго ВУРДАЛА, пожирателя планет?

Выпусти своего монстра.

Но Одиссей не хотел тегиарха, киборгов и ВУРДАЛА, и даже Трайбер в пиковой форме ему не подошёл. Ведь у Аны был нейр с обширной базой данных, и ей не составило труда узнать, каким именно исследованием занимался межпланетный археолог Свийс.

Звезда крулианца только начала пульсировать, а он уже сделал свой выбор. Так быстро. Скрученная стариковская фигура исчезла, окутанная синим светом, и вместо неё обрисовался мощный, покрытый бронированными наростами технозавр.

— Человек, — пророкотал он, поднимая лапу-бластер. — Я вызываю тебя.

Одиссей улыбнулся, но в этот момент нашёл того, кого искал, и улыбка поблёкла. Сияние окутало его, и в синем свете растворилась личность игрока, но проявилась личность героя: могучая фигура в доспехах и с оружием в руках.

— Попался, — хрякнул технозавр с насмешкой, слишком напоминавшей профессора Свийса. — Выбрал вояку для битвы с бронемонстром. Я так и знал, что ты не хитрец, а простак.

Личина технозавра потекла, как пустая вода, сбегая вниз и открывая одинокого человека в белом одеянии, властно скроенного и седовласого. Безоружного.

Мир молчал, когда воитель в адаптивной лехтовой броне, с фазовым копьём в руках шагнул на арену из небытия. Человек-гора, не переставший расти всю свою жизнь, старомодный защитник мимолётной и утраченной эпохи, когда для выжившего человечества была важнее прямая сила и броня, отвага и воля, бесхитростные и честные, не изощрённые танцем технологий.

— Уран, сын Хаоса, — сказал воитель бесстрастно. — Мой звёздный брат.

— Я думал, что убил тебя, Оберон, — с затаённой ненавистью ответил седовласый.

— Ещё нет.

— Я уничтожил твою планету, твой род, всё, что вы пытались спасти.

— Да. Но не всё.

Одиссей и Оберон смотрели на врага, и взгляд человека-горы сливался со взглядом сына… а значит, и со взглядом чёрного глаза сайн.

— Наследие чудовищ? — черты Урана обострились, властное лицо сделалось непрощающим, исполненным гнева. — Ложные вершители, они пронзили судьбу каждого из живых, а ты выбрал защищать их… Ценой жизни всех, кого любил.