— Боюсь, что они давно вышли за грань того, что мы понимаем как человек.

— Что ж… тогда удачной охоты, — хмыкнула она.

— И про библиотеку не забудь, — бросил я ей в след, когда Огненная Гончая уже уходила. — не заставляй меня самому туда идти.

Она остановилась на мгновение и буркнула.

— Я помню.

А вот так ставят на место. И блин, как это приятно тыкнуть ей на это.

Здание, где жила ведьма-ведунья, находилось чуть лине в самом центре территории церкви, так ещё и за забором. Ещё одним. За ним расположился искусственный лес, ничем не отличимый от того, что был за границами города. Разве что слишком аккуратный.

Что удивительно, но ни стража, ни Огненная Гончая за нами не последовали, оставшись у самых ворот. А на мой вопросительный взгляд та лишь недовольно бросила.

— Сурена Касающаяся хочет принять вас лично без свидетелей.

— Как мило…

— Не то слово. Не заставляй её ждать.

— Ничего страшного, подождёт, если нужно, — ответил я, после чего осторожно со Стрекозой в руках ступил на территорию ведьмы.

И меня будто сразу отрезало от остального мира. Стало удивительно тихо и как-то уединённо, будто перешагнул невидимую грань, хотя никаких потоков Ци или чего-то ещё, что могло намекать на изменения вокруг не было.

Тропинка здесь тоже была самая обычная, как если бы я действительно был в лесу. Она вела небольшому домику, который расположился в центре этого парка на берегу небольшого озера, где плавали утки.

Дверь в домик была приветливо открыта.

— Можно? — остановился я у самого порога, спросив, прежде чем войти. Сила силой, а банальную воспитанность, о которой забывала та же рыжая, никто не отменял.

ответом была тишина.

— Заходите, — раздался голос изнутри. — Я ждала тебя.

Честно признаться, я ожидал, что меня встретят недовольством и враждебностью, но голос хозяйки был спокоен и мягок. Правда меня это насторожило куда больше, чем если бы мне начали с порога грубить.

Я осторожно, чтобы не приложить и без того бедную Стрекозу головой о косяк, вошёл внутрь.

Внутри он был самым обычным домиком, избушкой, уютным и простым без каких-либо изысков. Чистый, прибранный, с тарелками в кухонным шкафу, книжками на полках и цветами на подоконнике. У окна стоял стоял с тремя стульями, а в дальнем углу расположилась кровать. Ведьма-целительница же стояла в самом центре в обычном наряде крестьянки, сложив руки на переднике.

Помня прошлую ведьму из лесов Шаммо, я ожидал увидеть загадочную личность, которую столь уважают церковники, спокойную и опасную, как болото, но женщина передо мной выглядела самой обычной, которую только можно было увидеть. Разве что высокая. Метра два ростом, она могла спокойно дотянуться до потолка.

— Ожидали увидеть кого-то более внушающего трепет? — улыбнулась миролюбиво.

— Если честно, то да, — кивнул я, после чего приподнял Стрекозу. — Куда её?

Она указала пальцем на кровать.

— Твоя жена? — спросила ведьма, окинув взглядом Стрекозу, когда я положил её на кровать.

— С чего вы это взяли?

— Не знаю. Почувствовала, — пожала она плечами. — Я же всё-таки целитель.

— Я знал одного целителя, однако она не обладал каким-либо… даром видеть то, что скрыто от глаз. Вы скорее похожи на одну пророчицу.

— А ты знал много ведьм-пророчиц?

— Одну. И она тоже вызывала у меня вечные подозрения и недоверие. Так откуда вы узнали, что она моя жена?

— Пусть это останется секретом, — подмигнула ведьма. — Как звать тебя, странник?

— Лазурная Ласточка.

— А настоящее имя?

— Гуань Юнксу, — ответил я.

— А второе имя?

А здесь я уже прищурился, внимательно окинув её взглядом.

— Вы точно ведьма-ведунья?

— Может да, а может и нет… — ответила она спокойно. — У женщин должны быть свои тайны, так они выглядят более загадочными, не так ли? Да и жить становится интереснее, когда сохраняется хотя бы толика секрета.

— Ага, очень, —­ ответил я.

Она лишь улыбнулась, после чего кивнула на стул.

— Присаживайтесь.

— Я постою.

— Мужчины, всё наперекор делают… — она подошла к кровати, сев на самый край, после чего провела ладонью по Стрекозе от лба до самого живота. — Тебе нравится, когда тебя не любят.

Даже не спрашивала.

— Не нравится. Но так действия людей легче предсказать.

— И всё же тебе это нравится, — повторилась она. — Ты привык противопоставлять себя остальному миру, привык идти наперекор судьбе, доказывая каждый раз, что имеешь своё веское слово.