— Слушай, ты… — Дерил вскакивает, сжимая кулаки, надвигается на Мерл, но тот только ржет, поднимая руки вверх.

— Ладно, ладно… Я проверил просто… Уймись. И ты, Блонди, не принимай близко к сердцу. Я ж так…

— Говнюк. — Бурчит Дерил, садясь обратно и залпом выпивая виски.

— Не без этого.

Мерл салютует и тоже пьет.

А я смотрю на это безобразие, не имея сил вообще хоть как-то реагировать.

За окном ночь черная, мы вернулись с арены, где, оказывается, на кону была я.

Прекрасную новость мне сообщили на обратном пути, так, походя.

Типа, ничего необычного.

Ну могла ты достаться Мартинезу, на волоске буквально висела, хоть Мерл и утверждает, что все продумал и предусмотрел.

И еще, оказывается, он такое проделывает не в первый раз.

И совсем недавно так же спас девушку, на которую претендовал Мартинез. Просто спас, оставив ей лаг для того, чтоб она смогла сама принять решение, с кем ей быть. Чтоб не насильно. Благородный он, типа.

На мой закономерный вопрос, что бы произошло, если б Мерл проиграл, старший Диксон завопил, что такого никогда не произойдет, и он — непобедим, а младший только посопел сердито.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Я дуюсь, никакого желания находиться с ними в одной комнате нет, но уйти некуда. На улице сейчас что-то вроде комендантского часа, а в общую кухню и общий душ я в жизни больше одна не зайду.

Потому просто отхожу в сторону и усаживаюсь в уголок кровати.

Братья Диксоны продолжают сидеть за столом, лениво переговариваясь и выдыхая клубы дыма. От этого всего комната начинает напоминать ночлежку начала двадцатого века, я про такие читала когда-то, когда в колледже брала курс литературы.

Я укладываю голову на мягкое изголовье кровати и раздумываю о том, в какую ловушку попала. Мы попали.

Я ведь не смогу. Просто не смогу тут жить.

Эта мысль приходит неожиданно, разрушая мнимое спокойствие, появившееся от сытости и ощущения безопасности.

Я в безопасности. Меня не тронут, потому что рядом Диксоны.

А, учитывая, что Дерил, наверняка, будет ездить за продуктами и таким образом попадет в разряд привилегированных, то и в доме моем наступит определенный достаток. Еда, одежда, медикаменты…

Это все так важно для выживания.

Но вот вопрос: как я смогу спокойно жить, зная, что происходит за пределами моего дома?

И люди, новые люди, которые приходят сюда… Они же будут приходить… И попадать таким образом в ловушку…

Тайриз и Саша знали, куда меня ведут. Но не предупредили. Потому что в этом случае я бы не пошла.

Наверное. Или пошла?

В любом случае я их винить не могу. Они спасают людей, приводят их в безопасное место. И там уже только решение самого человека, на что он готов, чтоб выжить. Как именно готов прогнуться.

А Жюли?

Меня выбрасывает из сна.

И какое-то время даже не могу понять, как умудрилась уснуть вообще?

Диксоны все так же сидят за столом. Им, кажется, очень комфортно вот так вот, в таком положении.

Могут сутками сидеть, выпивать, есть, курить, разговаривать… Или мне это только кажется? Они все же давно не виделись, соскучились, наверно, друг по другу.

— Мерл! А как же Жюли?

— Чего вскочила-то, коза? Спи давай. Или, если не спишь, состряпай нам с братухой сандвичи, хоть какая-то мне польза от тебя. А то, понимаешь… Дрался, кровь, понимаешь, проливал… И даже не попользуешься толком, Дерилина — хитрый скот, и тут успел вперед…

— Мерл! — я настойчиво прорываюсь сквозь этот бред, — а как же Жюли? Она в курсе?

— Да чего ты заладила?

Он с досадой отворачивается, прерывая словесный понос.

— Она с Губером. Она в порядке. На его баб никто не предъявит.

Мерл выпивает еще виски, закусывает сигаретой. Лицо его совершенно бесстрастно. И именно поэтому Дерил говорит:

— Ну, может она еще не…

— Да че там «не»? Че «не»? — рычит Мерл, поворачиваясь, — ты видал, как она его под ручку? А? Все там уже «да»! Понял? Такие, как она, умеют, устраиваться!

— Не надо так, Мерл…

Он разворачивается ко мне, открывает рот, чтоб что-то сказать, судя по всему очень злое, но смотрит с пару секунд… И ничего не говорит.

Еще курит.

И мне его в этот момент почему-то жаль.

Наконец, Мерл выдыхает, щерится опять нагло и весело:

— Ну че, братух, пошел я, не подведи тут, давай! А то зря я, что ли, бабу тебе отвоевывал?

— Да пошел ты… — привычно тянет Дерил.

— Только не особо громко, а то я спать собираюсь, а не дрочить.