Кусаю губы. Пальцы начинают реально подергиваться.

Вот же мерзавец! А я, дурочка, поверила, что у нас все по-настоящему!

– Но в тот раз Эрнест тебя на аукцион не выставлял! Он вообще не собирался тебя продавать, Алмаз! Это Хирург. Он на тебя сразу глаз положил. Захотел себе. Эрнест тебя и увел из-за этого. И фотосессию эту придумал. Ее вообще не должно было быть!

– Но аукцион все-таки был!

– Ты пойми. Хирург… Он ведь был столько лет хозяином города. Его все боятся! Эрнест пытался ему кого-то другого из девушек подсунуть, только он ни в какую. А ты знаешь, что он с девушками творит? Ужас. Про показы забыть на всю жизнь можно. Про нормальную жизнь вообще забыть. Калечит. Издевается. С гостями своими извращенцами делиться. Нет. Многие даже сами на это идут. Он очень большие деньги девушкам дает за это. Но тебя Эрнест ему на растерзание отдавать не собирался!

– Чтобы не терять меня как модель, – с горечью понимаю.

И от этого становится совсем плохо.

Никому я, сама по себе, выходит, не нужна!

– Хирург ему пригрозил. По сути, эм…. Тебя и в белье упаковали для Хирурга.

– И что пошло не так?

– Дикарь вмешался. Эрнесту деваться было некуда. Он же вроде… Хм… Сместил сейчас Хирурга. Хотя там все не ясно. Может, расклад еще поменяется. Война у них. Серьезная.В общем, раз такое дело, Эрнест типа выкрутился. Устроил этот гребаный аукцион. Ему между этих двух огней совсем не улыбалось! Оба убить могут. Даже за меньшее!

– Значит, получается, что дикарь меня спас… От Хирурга…

Изумленно бормочу, разглядывая ногти.

Не похож он на Робин гуда. Совсем!

– Не спас, Алмаз. Отсрочил только. Хирург от тебя не отказался, даже при том, что ты в постели Дикаря побывала. Потому и говорю. Лучше тебе бы сбежать. Но если для тебя это не страшно, как ты сказала…

– Я… Постараюсь, конечно, помочь. Только зря ты домой приехала, Лиля. Теперь тебя быстро найдут. И скрыться будет уже намного труднее.

Бред. Это все какой-то просто дикий бред!

– Это все уже не важно, Федор. Я уезжаю. Мой контракт с Эрнестом окончен. Собираю вещи, и…

– Я бы на твоем месте так не обольщался, Алмаз.

Его лицо становится жестким. Челюсти крепко сжимаются.

– На тебя глаз положил тот, кому не отказывают. Он возьмет свое. Так или иначе.

– Я… Я в полицию пойду! Нет! Не может быть такого, чтобы в наше время вот так запросто человека могли продать! Федор!

– Только хуже сделаешь, – мрачно цедит он, подходя к окну.

Осторожно приоткрывает штору. Выглядывает и тут же отшатывается.

– Вон. Уже их машина возле дома стоит.

– И что мне делать?

Мрачно переспрашиваю, повторяю его действия.

Точно. Несколько огромных внедорожников. Ну, в принципе, здесь живут небедные люди. Это престижный район, так что и машины вполне могут принадлежать кому-то из жильцов.

Вот только совсем не помню, были ли они здесь, когда я приехала? Не до того совсем мне тогда было!

– Пока лучше не дергайся. Пережди несколько дней. Пусть думают, что ты бежать не собираешься. Может, даже в агентстве появись. Усыпить бдительность для начала нужно. А дальше, – вздыхает.

– Дальше я постараюсь что-нибудь придумать. Найти машину, за которой не буду следить. Дом у меня есть. У тетки. В деревне… На первое время, конечно. Но какой-никакой вариант. Только спешить не нужно. Иначе мы и до выезда из города не доедем! Вот.

Протягивает мне телефон какой-то допотопной модели. Кнопочный.

– Тут и симка новенькая, Алмаз. Эти телефоны не отслеживаются и прослушиваются с большим трудом. Набери меня через пару дней, если не передумаешь. Я пока все подготовлю. А пока будь незаметной. Но повода думать, что ты уедешь, им не давай!

– Бред какой-то все, Федя.

Устало потираю виски. Нет, Ну правда. За пару каких-то часов я будто в криминальный боевик попала какой-то.

– Думай, что хочешь. Сама убедишься Ладно, Лиль. Мне пора. Пока.

Бесшумно выходит, запирая за собой дверь.

А я снова украдкой выглядываю в окно.

Наблюдаю, как к уже стоящим, подъезжает еще одна машина. Из нее выходит огромный амбал в черном стандартном костюме и наушнике в ухе.

Подходит к одной из машин.

Из той выскакивает человек, похожий на него, как две капли воды.

Они о чем-то переговариваются. Пожимают руки. Стоявшая прежде машина уезжает. Ее место занимает приехавшая.

И все бы ничего. Но я четко вижу, как взгляд оставшегося амбала останавливается ровно на моих окнах!

Или у меня уже начинает развиваться паранойя?

Подскакиваю на месте, чуть не упав, когда входная дверь оглушительно хлопает.

– Алмаз!

Раздается ор Эрнеста.

– Вот ты где! Какого хрена ты, девочка, думаешь. Что тебе можно не отвечать на мои звонки?