Испугаться за княжну по-настоящему Радим не успел. Гуннар одним стремительным скользящим движением обогнул плиту и ударил латгала краем щита в лицо, а мечом – по колену.

Оба удара Радим увидел лишь тогда, когда латгал перехватил левой рукой щит, а на штанине у него появилась широкая прореха.

Потом полуголый резко опрокинулся на спину. Но не потому, что был ранен. Хитрость сработала – прыгнувший вперёд Гуннар пролетел над ним прямо на ощетинившиеся копья латгалов…

Однако не погиб. Ещё в полёте, коротко рявкнув, викинг извернулся в воздухе и двумя ногами ударил одного из латгалов в щит. Да так, что отшвырнул того на стену, как недавно Радима. Вот только латгал уже не поднялся. Другой противник уронил щит, и кровь выплеснулась у него изо рта.

Гуннар обернулся назад быстрей, чем голова филина. Раз – и вместо лица уже затылок, прикрытый кольчужной сеткой, а вместо плеча – широченная спина. И прыгнувший ему на спину беловолосый латгал вместо спины снова наткнулся на щит. Прямо на край – распахнутым в беззвучном крике ртом.

Радиму померещилось, что он слышит, как затрещали зубы полуголого. Короткий лязг встретившихся мечей… Клинок латгала отлетел в сторону. Клинок Гуннара тоже. Но без рукояти – та осталась в руке Волчьей Шкуры. Гуннар швырнул её в лицо противника… И через мгновение проломил ему висок обухом сорванного с пояса топора.

Внимательно следивший за поединком Харальд рявкнул команду, и нурманы бросились в атаку. Все разом. Кто-то из воинов в синем пытался сопротивляться, кто-то убежать. Двое сразу упали на колени, поднимая кверху руки. Эти остались в живых. И те жрецы, которым хватило ума сдаться. Все остальные умерли очень быстро. Кроме одного. Этот ухитрялся какое-то время отбиваться сразу от Правого и Левого, обратив на себя внимание Харальда.

– Живым! – приказал он.

На латгала навалились сразу четверо, зажали щитами, обезоружили и связали. Тоже очень быстро. Десяток ударов сердца – и латгал уже сидел на полу со скрученными над головой руками.

Радим только-только успел перерезать верёвки, которыми была привязана Ольга, и помочь ей сесть, как всё уже было закончено.

Глаза у Ольги были шальные, взгляд бродил по пещере. Видно – княжне нехорошо.

– Попей! – Радим поднёс к её рту горлышко фляги.

Княжна начала пить большими глотками. Вода стекала по её подбородку на платье.

– Как ты? – спросил Радим.

– Голова кружится, – тихо ответила Ольга. – И в глазах… прыгает. Радим… Это ведь ты, да?

– Я.

Он увидел, как слёзы текут по её щекам. А раньше, на алтаре, она не плакала.

Сердце Радима сжалось от жалости.

– Я тебя нашла… – проговорила Ольга. – Нашла…

Она улыбалась и плакала одновременно.

– Жрец сказал: здесь найдёшь ответы… Я тебя искала и нашла… Радим! Радимка!

И тут лицо её исказилось:

– Радимка, они Бразда убили! Ни за что!

Княжну вдруг начало клонить вправо, глаза закатились… Радим уронил флягу, но успел не дать девочке упасть.

– Ну-ка, дай-ка, – Анунд подхватил княжну левой рукой, а правой сунул ей горлышко собственной фляги. Поменьше, чем у Радима, но зато серебряной, а не медной.

– Пей, живо!

Ольга сделала глоток, другой… И тут же пришла в себя.

– Что за гадость?!

– Не гадость, а отличное зимнее пиво! – радостно сообщил Анунд. – Огонь, а не пиво! Лучшее лекарство…

– Оружие наземь! Бросай! Руки над головой! – раздался свирепый рык.

Очень хорошо знакомый Ольге голос воеводы Башилы!

В пещере и до того было не очень просторно, а теперь стало совсем тесно. Из прохода повалили бронные плесковские дружинники-варяги, ощетиниваясь копьями на нурманов Харальда.

Вот только те бросать оружие были не намерены. Вмиг собрали строй. И вот уже две дружины, варяжская и нурманская, встали друг напротив друга на расстоянии пяти шагов. Ещё чуть – и схватятся!

– Батюшка! – звонко закричала Ольга. – Не надо!

Она соскользнула с алтаря, ухватившись за плечо Радима, чтобы не упасть.

– Батюшка, не надо! Они же меня спасли!

Вардиг и Харальд уставились друг на друга…

И оба опустили оружие.

– А я уж думал, что к Одину на пир отправлюсь нынче! – весело произнёс нурман.

– Повремени пока, – проворчал князь плесковский. – Отойдём, потолкуем.

Вожди отошли в сторону. О чём говорили, Радим не слышал, но заметил, что итогом разговора Харальд недоволен.

– Уходим, – бросил он своим. И Радиму: – Ты с нами?

Ольга вцепилась в Радимов рукав: