— Ну, не поминайте лихом.

Следователь Истомин Динке понравился. Невысокий, в аккуратном костюме, синем свитере под горло, с умными внимательными глазами. Совсем не то, что предыдущий. И начал он почему-то издалека:

— Вы человек в экипаже новый, Диана Филипповна?

Она кивнула.

— Расскажите мне о вашем коллективе. Новичку лучше заметны странности…

— А что вас интересует? — напряглась Динка.

— Все. — Истомин слегка улыбнулся. — Понимаете, я слушаю ваших товарищей и не могу понять: почему?

— Что — почему?

— Почему они работают вместе? Этих людей ничто не связывает. Они такие разные, и все ненавидят друг друга.

— Разве? — удивилась Динка.

Она сама этого как-то не замечала. Впрочем, ее заботили собственные проблемы, роман с Антоном и Наташкины козни…

— Такая картинка вырисовывается из их показаний, — сказал Истомин. — Вот я и хочу узнать ваше мнение.

Динка кашлянула, покосилась на сидевшую в дальнем углу кадровичку. У той ушки на макушке, хотя и делает вид, что погружена в бумаги.

— Вам тут, наверное, наплели про меня… — осторожно начала она.

— Это вы об отношениях с Антоном Васильевичем? — уточнил следователь.

— Ну да.

— Мне рассказали кое-что, в общих чертах.

— Вы им не верьте, — быстро глянула на него Динка. — Это все так, несерьезно. Мы бы все равно расстались.

— Почему? Ваша напарница утверждает, что вы в него влюблены.

— Это мне показалось, — заявила Динка. — Я подумала, что влюблена, а потом… поняла, что это не так…

— И долго вы были влюблены? — На лице Истомина появилась ироничная усмешка.

— Долго, — кивнула Динка. — До вчерашнего дня.

— Это интересно. — Он подался вперед. — А что произошло вчера?

— Это к делу не относится.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился он. — А где вы были сегодня, Диана Филипповна? Почему опоздали? Боялись прийти?

— А чего мне бояться? — напряглась Динка, вцепившись пальцами в сумочку.

— Не знаю, — снова улыбнулся он. — Согласитесь, странно, когда двое в больнице, а третья где-то скрывается…

— Я не скрываюсь. — Динка выпрямилась и посмотрела на него в упор. — Я к врачу ездила. Понимаете, вышла днем из дома, чтоб на работу ехать, а ступеньки в подъезде скользкие… Упала я, очень сильно…

— И расцарапали лицо? — подсказал следователь.

— Что? Ах нет. — Динка вспомнила о царапине на щеке. — Это кошка.

— А что же вы ушибли? Что врачу показывали, вывих, перелом?

— Вот! — Динка задрала свитер, демонстрируя синяк.

Она намеренно подняла его чуть выше, чем было необходимо, открыв часть труди. Кадровичка сокрушенно покачала головой.

— Ай-я-яй… — Истомин перегнулся через стол и дотронулся до ребра пальцем. Динка взвизгнула. — Простите, — сказал он. — Это вы сегодня так?

— Да, днем.

— Интересно.

— Что же здесь интересного? — насупилась Динка, опустив свитер.

— Желтоватый ореол на коже появляется не раньше чем через сутки после нанесения удара, — вежливо объяснил Истомин. — Так что выходит, это вы вчера с лестницы упали, а не сегодня.

Динка вспыхнула от досады. Вот зануда! А еще такой приятный с виду! Вот ведь как обманчива внешность!

— На каком основании вы мне не верите? — дерзко спросила она. — Я не знаю, какой там должен быть ореол, я говорю то, что есть! Вы что, меня в чем-то подозреваете?

— Угадали, Диана Филипповна, — кивнул он. — Согласитесь, все это очень подозрительно выглядит. У вас вчерашний синяк. Его явно поставил вам мужчина. Удар пришелся снизу, под ребро, с лестницы так не падают.

Динка закусила губу и прищурилась.

— А на щеке царапина тоже вчерашняя, — продолжил Истомин. — Ее могла оставить женщина, причем с хорошим маникюром.

Динка побледнела. Это он на что намекает?

— И потом, у вас был повод, — развел руками следователь. — В нашем деле главное — найти, кому выгодно…

— Мне? — осипшим голосом спросила Динка.

— Да. — Он словно сочувствовал ей. — Учитывая ваши бурные чувства и принимая во внимание, что пострадавшие в момент совершения преступления находились в одной постели…

Несмотря на напряженность момента, Динка не выдержала и расхохоталась. Истомин явно не ожидал такой реакции, он, видимо, думал, что сейчас после эффектного разоблачения Динка начнет рыдать, бледнеть, заламывать руки…