— Стефа! — снова хлопнул ладонью по столу муж. — Смирись уже, наконец, с тем фактом, что она больше не девка, а часть нашего рода!

— Извини, Артем Любомудрович, вырвалось.

— Смотри у меня! Узнаю, что притесняла Алену в мое отсутствие, спрошу с тебя строго!

— Как это в отсутствие? — вычленила из фразы самое главное Стефания Власовна. — А куда ж ты собрался, муж мой?

— Дьяк из канцелярии княжеской час назад через Глаз со мной связался. От князя срочный вызов передал. Завтра на рассвете велено с малой дружиной прибыть в стольный град.

— Неужто война, — схватилась за щеки жена. — Ой, беда, беда…

— Не каркай, дура, — строго осадил женщину глава рода.

— Бориску-то хоть оставь, не бери греха на душу. Мальченка ведь еще совсем…

— А ну цыц! Этот мальчонка на охоте последней медведя матерого в одиночку на рогатину взял.

— Ой, не губи кровиночку…

— Цыц, сказано!.. В общем так. В наше отсутствие снова за старшую здесь остаешься ты. И твоя главная задача, Стефа: искать топор. Он обязательно должен рано или поздно возле матери наследника проявиться. Ну а как только сыщешь наследие иномирянина, сама знаешь, что с ним тут же нужно будет сделать.

Глава 16

Троица гончих мрака, свозь дождь Изнанки, бежала за своим вожаком. Похожие на ожившие кошмары твари сплошь состояли из шипастой брони, когтей и клыков, и в холке даже простые рядовые особи достигали метровой высоты, а возвышающийся на добрую голову над тройкой сопровождения вожак — почти полутораметровой.

Стая обегала дозором свою территорию, где гончие считались безоговорочными хозяевами, потому, разумеется, они двигались открыто, всем своим брутальным видом давая понять прочей забившейся в щели и норы живности, что немедля растерзают любого, кто дерзнет бросить им здесь вызов.

Пробегая мимо очередного грязевого холма, вожак вдруг замер в защитной стойке, и остальные три его спутника тут же забегали по округе, азартно порыкивая и щерясь в поисках затаившегося врага. Однако поиски гончих мрака не увенчались успехом, и «оживший» через примерно четверть минуты вожак, как ни в чем небывало, побежал дальше.

Гигантскими прыжками рванув вдогонку за лидером, рядовые особи почти сразу же его догнали, и пристроившись по бокам и в хвосте, привычным порядком продолжили дальнейший дозор.

А за спинами неспешно убегающей четверки вдруг шевельнулся привлекший внимание вожака грязевой холм, и абсолютно беззвучно трансформировался вдруг в охотника с топором. Который стремительными смазанными движениями тут же стал метать вдогонку сбежавшим монстрам свое, казалось бы, малопригодное для дистанционной атаки громоздкое оружие.

Именно метать (во множественном числе) — потому что его единственный топор, настигнув первую цель, тут же исчез в изумрудной вспышке, оставив пронзительно заверещавшую тварь с перебитым хребтом валяться в чернильной грязи, и в тоже мгновенье топор вновь появился в отведенной для очередного броска руке охотника, чтобы через мгновенье изумрудной молнией метнуться в спину следующей жертвы… Так за три секунды ловкий метатель свое единственным топором положил троицу рядовых гончих.

И лишь один вожак стаи, кроме силы и роста, отличающийся от собратьев и куда как более развитыми реакцией и интуицией, успел, почуяв смертельную опасность, вовремя отскочить от летящего в хребет топора.

Тут же развернувшись, огромный монстр сгустком свирепо ощерившегося мрака понесся на своего незадачливого обидчика. Но, к чести последнего будет сказано, охотник ничуть не испугался атаки вдвое превосходящего размером монстра. И, обозначив пустыми руками перед собой серию стремительных пасов, он сделал плавный шаг назад, проваливаясь под тянущимися уже к нему в финальном прыжке лапами вожака, одновременно призывая в отведенную в бок правую руку свой вернувшийся после промаха топор.

А дальше все случилось так быстро, что сторонний наблюдатель в мешанине столкнувшихся тел и последовавших ударов не смог бы разглядеть абсолютно ничего, ровно до того момента, когда покатившийся по грязи клубок тел не замер бы на месте, и над трупом поверженного вожака гончих мрака не поднялся бы одолевший противника охотник…

И че ты лыбишься? — тут же ожидаемо раздался в моей голове голос вечно всем недовольного Психа. — Третью стойку Стального вепря едва-едва ведь успел наложить!

— Так успел же, — фыркнул я, блаженно щурясь под смывающими грязь с лица струями дождя, от короткой волны эйфории из солнечного сплетения после поглощения желтой искры достойного противника.

В последний миг успел! Когти монстра почти дотянулись до твоего беззащитного горла!

— Но по факту — не дотянулись же.

Перед глазами загорелась строка системного лога:

Внимание! За убийство вожака гончих мрака вам единовременно зачисляется 6129 единиц живы.