– Наташа, здравствуйте, – говорит Марк.

Киваю ему ответ, через зубы цежу: “Здрасьте”.

– Рад, я пойду, да? – Марк смотрит в сторону двери.

– Ты кое-что забыл, – ухмыляется Радмир. – Извинись перед Наташей.

– Наташа, извините за то, что написал вам то дурацкое сообщение о смерти Радмира.

– Не годится. На колени давай.

– Рад, ты чего? – Марк смотрит на Радмира в непонятках, а я и сама с трудом что понимаю.

– Ты знатно накосячил, так что проси прощения на коленях. И скажи спасибо, что я тебе их не сломал, как обещал Наташе.

Ошарашенно смотрю на Радмира, затем перевожу взгляд на его друга:

– Марк, вы мне ничего не должны. Не нужно, правда.

Игнорируя мои слова, друг Рада всё-таки становится передо мной на колени и уныло опускает голову, будто нашкодивший ребёнок. Мне ужасно стыдно, неловко, а ещё хочется поскорее сбежать с этого цирка, что устроили эти двое.

– Наташа, я искренне прошу у вас прощения. Я делал это не со зла. Ещё раз простите. Я не имел права вмешиваться.

– Да я простила вас давно. Поднимайтесь!

Встав с колен, Марк подходит к Раду, чтобы попрощаться.

– Спасибо, друг, – Рад хлопает Марка по плечу.

– Да всё нормально, – подмигивает Марк, смотря на меня. – На самом деле, ты счастливчик, Рад. Я даже тебе завидую.

– Так, вали уже отсюда, а то я очень ревнивый, как оказалось.

– До свидания, Наташа, – Марк тепло улыбается, продолжая смотреть на меня, словно специально испытывая терпения Радмира.

– Всего доброго, – попрощавшись с гостем, обращаюсь к любимому: – Рад, где я могу взять тряпку и ведро? Хочу убрать лужу и поставить цветы в другую вазу.

– Я сам уберу, милая. Лучше иди на кухню и завари себе чай.

Следуя совету Радмира, возвращаюсь на кухню. Я уже не плачу, но внутри меня до сих пор всё трясётся, переворачивается. Нервно кусаю себя за указательный палец, зарываюсь пятернёй в волосах, обдумывая то, что услышала под кабинетом Радмира.

На самом деле мне очень страшно, но бросать Радмира я даже думать не смею! Я его до последнего вздоха, как и обещала.

Моё уединение нарушается через десять минут.

– Ну и что это было, Наташ?

Отрываю взгляд от окна, за которым вальсируют пушистые снежинки. Смотрю на Радмира пристально. Он всё понял, только как и я решил не разговаривать о наших проблемах при его друге.

– Я слышала ваш с Марком разговор.

– Я даже не удивляюсь, – криво ухмыляется, руки на груди скрещивает, – это у тебя такая привычка – подслушивать?

– Нет. Это вышло случайно!

– Да, ладно? – смотрит на меня с недоверием. – Тогда в СТО ты тоже случайно подслушала.

– Значит, вот как ты покупаешь-продаёшь? – спрашиваю, игнорируя камни, летящие в мой огород.

– Это был единичный случай.

– Его вообще не должно было быть!

– Согласен, но не все ведут бизнес честно.

– А ты честный?

– Стараюсь.

– Тогда почему в нас стреляли и где гарантия, что не будут стрелять ещё?

– Ты серьёзно готова узнать почему? – киваю в ответ.

Рад утягивает меня за руку, усаживая к себе на колени. Забравшись под футболку, ладонью гладит бедро вверх-вниз, вызывая в моём теле знакомый трепет.

– Влад – мой босс и по совместительству друг. Костюк – наш главный конкурент. Тогда на трассе стреляли люди Костюка. Они хотели нас напугать, точнее, меня, ты оказалась рядом со мной случайно.

– Ничего себе “напугать”! Они убить могли.

– Не думаю, что до этого бы дошло. Никто не ожидал, что я не справлюсь с управлением “Ровера”, выскочу на встречку и столкнусь с фурой.

– Всё равно это их не оправдывает. Рад, признайся мне честно, ты всё-таки бандит?

– Почему ты мне не веришь? Я сколько раз сказал тебе “нет”?

– Да потому что в обычных людей не стреляют посреди белого дня! А ещё друзья обычных людей не говорят, что лучше бы их считали мёртвыми любимые женщины, потому что так безопаснее.

– Наташа, речь идёт о больших деньгах. Очень больших! А Костюк не может смириться с тем, что он больше не лидер на аграрном рынке и поэтому постоянно вставляет палки в колёса.

– И чем же вы таким занимаетесь?

– Покупаем у фермеров нишевую культуру: зерно, кукурузу, семечки; собираем урожай на полях и перевозим его в элеватор. Там оно доводится до нужной кондиции и хранится до определённого времени, дальше отгружается в вагоны и следует в морской порт для международной торговли. Так что видишь, ничего криминального.