– Готова к сюрпризу? – спрашивает Рад, будто между нами не было того странного разговора в машине.

Киваю в ответ, а он приводит меня на второй этаж и, распахнув одну из дверей, подталкивает в спину.

У меня дух захватывает от увиденной картины. Детская комната, выполненная в светлых тонах. Слёзы сами катятся из глаз, я смахиваю их рукой и подхожу к детской кроватке цвета “молочный дуб”. Касаюсь рукой гладкого дерева. Улыбаюсь.

– Она качается, – Рад становится за моей спиной и неуверенно опускает руки на мою талию, ожидая реакции.

С замиранием сердца качаю кроватку, а затем отдёргиваю руку. Стоп! Нельзя. Это плохая примета качать пустую колыбель…

– Когда ты всё успел?

Отхожу от кроватки и рассматриваю пеленальный столик, комод. Заглядываю в каждый ящик. И слов не нахожу, потому что все четыре ящика комода забиты детской одеждой для новорождённого.

– Да неважно. Ты лучше скажи, тебе понравился мой сюрприз?

Оборачиваюсь. Смотрю на Радмира тёплым взглядом. Как же он хочет этого малыша, по глазам вижу, любит его ещё до рождения и от осознания этого факта, я забываю всё, что омрачает наши отношения.

Подхожу к любимому мужчине, обеими руками обхватываю его лицо и нежно целую в губы.

– Понравился. Ты делаешь меня самой счастливой, Рад.

Он берёт мою руку в свою, некрепко сжимает и подносит к губам, чтобы покрыть кожу поцелуями.

***

Целый день субботы мы проводим с Радом вместе, как он и обещал. А вечером Радмир предлагает растопить баню, но я отказываюсь, боясь навредить малышу. В итоге мы вместе принимаем душ, а после него кутаемся в банные халаты и устраиваемся на полу перед камином.

Рядом на небольшом столике наш ужин. Мы медленно едим и болтаем под шум потрескивающих в камине поленьев.

– Вас с Островским уже развели? – спрашивает Рад, концентрируя взгляд на моём лице.

– Да, но решение суда вступит в законную силу через несколько недель, после Нового года.

– Хреново. Я думал, распишемся на следующей неделе. Или ты хочешь полноценную свадьбу со всеми традициями?

– Свадьбу? – хихикаю, хватаю с фруктовой тарелки дольку манго и отправляю в рот, – да зачем она мне? В белом платье я буду выглядеть нелепо.

– Глупости говоришь. Ты охрененная, Наташа. А в платье будешь вообще королевой. Я бы посмотрел, а ночью с удовольствием, – он говорит мне откровенную пошлость, а я краснею как школьница. – А знаешь что? Давай повенчаемся?

– В церкви?

– Да, – уверенно говорит Радмир, в то время как у меня сердце совершило сальто и теперь скачет галопом по всей грудной клетке. – Или ты повенчана с бывшим мужем?

– Нет. С Вовой мы только в ЗАГСе расписывались.

– Ну вот и хорошо. Значит, станешь мне женой перед богом и людьми. Повенчаемся, а когда решение суда вступит в законную силу, распишемся официально.

– Рад, ты уверен? Венчание – это на всю жизнь, бог не приемлет разводов.

– А ты собираешься со мной разводиться? – он вскидывает бровь и смотрит на меня с подозрительностью.

– Нет. Я твоя до последнего вздоха.

– Это хорошо, потому что я ни за что тебя не отпущу. И даже смерть не сможет разлучить нас.

***

Засыпая на сильном плече любимого утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю аромат кожи вперемежку с запахом одеколона.

– Рад? Ты спишь?

– Нет, – бормочет сонно.

– Я с твоим отцом виделась, – говорю спокойным голосом, а Радмир напрягается, – он ко мне на работу приходил.

– Давно?

– Неделя ещё не прошла.

– Что хотел?

– Вообще-то, он советовал не рассказывать о нашей встрече.

– Но ты уже рассказываешь.

– Да, потому что уверена, ты знаешь своего отца лучше, чем я.

– Он тебе угрожал?

– Наверное, это была угроза, да.

Рад приподнимается на подушке, а я вместе с ним. В ночном полумраке не разглядеть выражение лица Радмира, но я абсолютно уверена, он сейчас зол и хочется верить, что я не совершаю непростительную глупость, рассказывая о встрече с его отцом.

– Рассказывай.

– Он хочет, чтобы я каким-то чудом вернула тебя в семью.

– Неужели? – ухмыляется. – И всё?

– Да. Но мне это тоже показалась странным.

– Я хорошо знаю своего отца, ты права, Наташа. Он не за этим с тобой встречался.

– Тогда, что ему от меня нужно? Он угрожал, что отправит мою подругу в отставку. Он знает обо мне всё, Радмир. Это пугает! Я не хочу, чтобы Таня осталась без работы, как и не собираюсь что-либо скрывать от тебя.

– Милая, – берёт меня за руку, – ты правильно сделала, что рассказала обо всём мне. И ты абсолютно ничего не должна моему отцу. Вячеслав Антонович так развлекался, скорее всего. Так что… Не принимай близко к сердцу, хорошо?