– Тань, – вздыхаю, – у меня много работы на выходных. Привезут новую мебель в кофейню, так что…

– Ты приедешь. Наташ, ну чего ты боишься?

– Да ничего. У меня правда были другие планы. Времени катастрофически не хватает. Жаль, что в сутках только двадцать четыре часа.

– А в твоём плотном графике есть хоть пару часов в неделю на личную жизнь или ты решила угробить её, посвятив работе?

Мне нечего сказать в ответ, точнее, не хочется говорить. Если сейчас начнётся философия, то в ресторан я опоздаю, а это не есть хорошо.

– Давай потом поговорим, я опаздываю? – прошу ласковым голосом.

Вроде бы согласившись, Татьяна обнимает меня на прощание, но всё-таки не удерживается и шепчет на ухо, что я настоящая засранка и вообще, беременным отказывать категорически нельзя. И если я продинамлю шашлыки на даче у Макарова, то Таня вызовет опергруппу ко мне на работу и меня всё-таки доставят по месту назначения.

– Всё давай, чмоки. Завтра поговорим, – подмигнув, поворачиваюсь к Лизе, чтобы обнять, и наконец-то выхожу из квартиры.

– Чтоб тебя не сглазили. Чтоб с тебя не слазили. Чтоб было, во что одеться и перед кем раздеться, – отсалютовав фужером, посылаю лучики тепла виновнице торжества, – за тебя, крошка!

Пока сладкие пузырьки лопаются во рту, спину жжёт между лопаток чьим-то тяжёлым, пронзительным взглядом. Оглянувшись, сканирую соседние столики: за одним сидит влюблённая пара, о чём-то мило беседуя, им уж точно не до меня; немного правее примечаю шумную компанию, наподобие нашего девичника, но там тоже все участники сосредоточены исключительно на своём узком кругу… Решив, что показалось, возвращаюсь к девчонкам, а они уже толкают очередной тост и за нашим столом опять раздаётся громкое “Дзинь”.

– Девчонки, а идёмте танцевать, – предлагает одна из подруг Маши, нашей невесты.

И пока я машу руками, мол, пас, две подруги отодвигают меня от стола вместе со стулом, заставляя всерьёз задуматься над их сверхчеловеческими способностями.

На импровизированном танцполе тесно. Лениво переминаясь с ноги на ногу, изображаю танец. Звучит живая музыка, мои любимые саксофон и гитара, которые я с удовольствием послушала бы сидя на стуле, но сейчас вынуждена не отбиваться от компании, чтобы не испортить настроение Маше – она так светится сегодня, что я немного ей завидую.

При каждом движении платье всё время стремится вверх и я малость комплексую из-за разреза выше колен на хороших десять сантиметров. Наверное, всё же стоило надеть брюки, а не обтягивающее платье, которое сидит на мне точно вторая кожа.

Из-за выпитого накануне и танцев становится душно. Кивнув девчонкам, что хочу ненадолго выйти на свежий воздух, направляюсь к столику, где подхватываю свою сумочку, висящую на спинке стула. Пока иду по залу ресторана, меня не покидают стойкие ощущения, что кто-то следит за мной. Оборачиваюсь, но ничего подозрительного не замечаю. Возможно, всему виной напиток с пузырьками, который буквально недавно приятно холодил горло. Я расслабилась, и теперь мне чудится бог знает что.

Оказавшись на улице, немного прихожу в себя. Прохладный воздух успокаивает. Достав из сумочки мобильный, проверяю журнал звонков. Ни одного пропущенного, значит, у Лизы всё хорошо и чтобы в этом окончательно убедиться, пишу дочери сообщение на Вайбер. Ответ приходит практически сразу. У принцессы действительно всё нормально, лёжа в кровати, смотрят мультики с Катюшей, дочкой Татьяны.

Успокоившись, достаю из сумочки пачку сигарет и зажигалку, но, как назло, на зажигалке заклинивает колесо. Боковым зрением ловлю мужской силуэт, он приближается с каждой секундой, вызывая во мне странные чувства. Не говоря ни слова, незнакомец подносит зажигалку к моей сигарете, и вспыхивающий огонёк мелькает тотчас.

– Спасибо, – поблагодарив мужчину, осмеливаюсь поднять взгляд на его лице, освещённое тусклым светом уличного фонаря.

Противный ком застревает в горле, а по спине липкой струйкой стекает холодный пот. Даже при плохом освещении, даже спустя полтора года я легко узнаю знакомые до боли черты лица. Оттого и сердце ухает вниз, а на подкорке, как карусель, кружат яркие воспоминания.

– Привет, Наташа – говорит он, продолжая находится в непосредственной близости от меня.

– Здравствуй, Радмир, – отвечаю на удивление ровным тоном.

Не говоря ни слова, Радмир отходит немного в сторону и теперь стоит немного левее и если я поверну голову, то смогу увидеть его профиль. Конечно, посмотреть хочется, но я держусь, стараясь не проявлять интереса, только сердце, как ненормальное, галопом скачет по всей грудной клетке.

Он не изменился. Причёска по-прежнему кажется знакомой, а ещё в воздухе витают нотки того самого одеколона, от запаха которого я просто дурела.

Светлая рубашка с небрежно закатанными до локтей рукавами сидит на нём безупречно. Чёрные брюки модного покроя подчёркивают стройные длинные ноги.