– Ты обещал помочь, - упрямо твердила девушка.
– Твое слово ничего не значит?

Северин раздраженно топнул ногой.

– Помогу, я же сказал. Я просто пытаюсь объяснить тебе, что жизнь здесь намного лучше того, что ждет за пределами абтана. Я восемнадцать лет не могу выбраться отсюда, понимаешь?

– Лечь под старика лучшая участь?
– разозлилась девушка. В лазурных глазах сверкнула ярость.
– Ну, конечно. Это же не тебе предстоит это сделать. Мужчины тут защищены.

– Я не говорил этого!
– прошептал он.

– Ты сам сказал, что Владыка скоро вернется с границы, а значит времени у меня мало. Мы сбежим и сами откроем портус. Ты умеешь, ты научишь меня. И, если верить твоим словам, возможно у меня получится сделать его обратным, - в заключение добавила она.

– Говори потише, - шикнул Северин.
– Иначе нас обоих попросту посадят в клетку, и плакал твой блестящий план.

– Прибереги свой сарказм до лучших времен. Я верю что у нас получится. В любом случае я не собираюсь тут оставаться.

Маг только покачал головой, пробормотав что-то себе под нос про самоуверенных подростков. Но Акку наполнилась решимостью.

С тех пор началась их подготовка к побегу.

Акку напросилась Лакриме в помощницы, поскольку та работала поварихой. Сначала она в ужасе отмахивалась от нее, испугавшись реакции Гур-Хана, но потом Акку пообещала ей, что за нее перед главой абтана заручится Хеду. Маг, и впрямь, намекнул главе, что негоже рабочим рукам пропадать, и Акку разрешили отправиться на кухню и чистить котлы. С одобрением Гур-Хана Лакрима расцвела, постоянно щебетала вокруг девушки, мешая языки и порой неся совершенную околесицу.

Так Акку стала подворовывать еду, которая обязательно пригодится им в пути: сухари и вяленые полоски мяса. Все это она тщательно прятала в ципао под узел.

Общению с магом никто не препятствовал, они часто сидели на террасе, свесив ноги и подолгу разговаривая после долгого тяжелого дня. Так она передавала ему раздобытую еду, которую тот потом прятал в каком-то тайнике.

Женщины вскоре стали коситься на вечно шушукающуюся парочку. Однажды в купальне к ней подошла Мерула. Посмотрела недобро темными глазами, цокнула, качая головой.

– Нельзя возиться весь день с Хеду. Гур-Хан злиться. Ты подарок Властелин, нельзя любить хитрый маг. Накликать беду.

– Я не люблю Хеду, - возразила Акку, чувствуя волнение. Только бы мерзкий Гур-Хан не запретил им общаться!
– Он рассказывает мне о магии, я же совершенно ничего не помню.

Она почти не врала, о магии он действительно много ей рассказывал.

– Я видеть как он на тебя смотреть. Даже Гур-Хан не трогать тебя, бояться гнев Властелин. Если тот узнать, что подарок попортить - страшная кара прийти.

– Никто меня не попортил! И вообще, пусть катится твой Властелин, знаешь куда?

Мерула в страхе отшатнулась от белой волшебницы, неодобрительно качая головой.

– Попасть в гарем - большой удача. Не работать. Терпеть один мужчина. А что старик, то лучше - не всегда есть силы любить женщины гарем.

– Это если гарем существует, - влезла Лакрима, намыливая татуированные руки.

Одна из женщин, Эзмери, в уголке купальни делала очередной узор на теле притихшей женщины - ее имя Акку не запомнила - от нее-то получила свои тату и Лакрима.
– Но вообще-то, я слышала он "выпивает" волшебниц. Это значит смерть.

– Лакрима слишком длинный язык, - пробурчала Мерула, неодобрительно глядя на татуировки.
– Гур-Хан разрешил?

Девушки переглянулись, и Мерула вздохнула.

– Даже не спрашивать. Получить плети, плакать из-за грязи на теле. Тьфу.
– Она сплюнула и вышла с недовольным лицом.

Акку подошла к Эзмери, глядя как ловко та прокалывает кожу лежащей девушки острой иглой. Обмакивает в специальную черную краску. Скоро на пояснице девушки вырастет нежный цветок.

– Красиво, - подошла из-за спины Лакрима.

– Да. Но... Мерула сказала, что Гур-Хан не разрешает... Он вас накажет?
– Она поежилась , вспомнив, как больно обхаживает он своими сапогами.

– Да ему все равно, - пожала плечами Лакрима.
– Только лица не разрешает татуировать. Говорит, их вид отталкивает мужчин... ну... во время сама знаешь чего.

– Чего?
– не поняла Акку.

Эзмери посмотрела на нее участливо, другие девушки захихикали. Акку покраснела, когда сообразила о чем речь.

Протянув ладонь, Лакрима трепетно погладила ее по волосам.