Вот уж точно. У Эми никогда и в мыслях подобного не было - что Фрэнсис Адара будет рассказывать ей истории из детства и делиться самым сокровенным.

Новый робкий шаг, который они сделали навстречу друг другу необъяснимо будоражил в ней чувства, которые она себе запретила. Теперь она как дурочка разбирает каждое его слово, взгляд или жест. Приказывает в собственной голове этого не делать, но весь рационализм канул в бытие, оставив место волнительным ощущениям, будоражащим ее насквозь.

Не ее поля ягода принц. Ох, не ее. Зря она даже думает об этом. Ей и вовсе запрещено влюбляться, чтобы не пораниться, не обжечься. Она не лгала принцу, когда говорила о своем будущем. Ничего ей не светит.

Так почему она продолжает тайком подглядывать за ним? Смотреть, как он хмурится, улыбается, как двигаются его руки.

"Это временно. Пока мы вынужденно рядом", - оправдывала она себя.

Вот только Эми уже с огорчением и мучительной болью понимала, что для нее все изменилось.

С каждым днем надежда на спасение неумолимо таяла, но она никогда бы никому не призналась, что находит их приключение интересным и захватывающим. Волнительным. И всему виной он, юноша, который похитил ее, который был врагом. И который спасал ее много раз.

Покрытый золотистым загаром, с высыпавшими на носу веснушками, с выгоревшими на солнце ресницами. С взлохмаченными и отросшими волосами, порой торчащими в полном беспорядке. С сильными руками, со смешливой снисходительной улыбкой. Упрямо ее защищающий.

Он ведь тоже изменился, наверное, поэтому она смотрит на него по-другому. Без страха, как раньше. Но с восхищением.

Сколько раз Эми приказывала себе не думать о нем. Он - принц! Она ведь совершенно ему не ровня, Эми понимала это.

А теперь, ко всему прочему, выяснилось, что у него невеста!

В голове творился такой хаос, что хотелось и плакать, и смеяться одновременно.

"Эмеральд Стоун - ты беспросветная дура!".

У водопада задерживаться не стали, было опасно оставаться на одном месте дольше, чем на ночь. Хоть костер и старались разводить как можно реже, но отследить их все же однажды могли. Хаансы живут в этих лесах всю жизнь. Слишком рискованно.

Так и двигались неустанно вперед и вперед, преодолевая ручьи и речушки.

– Однажды мы все равно достигнем берега, а там дойдем до перешейка и окажемся в Горзде, - ободряюще приговаривал Фрэнсис.

Думать о том, как они будут выживать в не менее опасном королевстве пока не хотелось. Дойти бы сначала...

Босые ноги путников выглядели печально: разодранные, исчесанные от укусов мошкары. Грязные, конечно.

От влаги и духоты даже воздух казался липким, густым. Во что превратились волосы даже думать не хотелось. Ежечасное желание помыться пересилило голод и жажду. Зуд на коже не утихал. Порой даже во сне не было от него покоя.

Иногда они слышали чужие голоса, прятались или бросались наутек, петляя между пальм и рододендронов.

Однажды, когда они так убегали, Эми зацепилась обветшалой сорочкой за ветку и разодрала ее окончательно. Осмотреть ее плачевное состояние решилась только когда Фрэнсис остановился в темных зарослях, пытаясь отдышаться. Рядом журчал широкий ручей.

– Что там?
– хрипло спросил юноша.

Лицо его от бега раскраснелось, пот стекал по лицу. Она выглядела не лучше.

Расстроенно осмотрев дыру в подоле, простонала. Отлично, прямо на пятой точке. Оторваная лямка болталась на спине, и Эми приходилось удерживать рукой переднюю часть, чтобы все не повалилось.

От досады хотелось плакать. Как же она устала! Ни помыться, ни расчесаться. Еще и это!

Видно все эмоции отразились на ее лице, потому что принц постарался ее утешить.

– Ничего. Это наименьшая из бед в нынешних реалиях.

– Скоро я тут в исподнем буду расхаживать, - пожаловалась девушка.

– Вряд ли я обижусь на твое отсутствие манер, - пошутил он.
– Даже наоборот...

– Фрэнсис! Это не смешно!

Эми сердито топнула ногой, и он тряхнул головой.

– Да ладно. Ты серьезно? Нас тут чуть не линчевали, мы столько тратим сил ежедневно...
– он запнулся, увидев в ее глазах слезы.

Конечно, Фрэнсис наверняка представлял насколько тяжело ей давался их марш-бросок. Он сам-то не железный, уставал после многочасовой ходьбы, а порой и бега. Что говорить о ней...

Бросив меч на землю, принц вздохнул и принялся снимать с себя рубашку.

Проглотив слезы, Эми невольно засмотрелась на его золотистую без малейшего изъяна кожу, крепкие мускулы. Только опустила глаза на кубики на плоском животе, как в лицо полетел тряпичный комок. Она еле успела его перехватить.

Ну и глупый у нее должно быть вид!