Затем пришлось принимать всяких городских чиновников, которые последовательно проверили состояние водопровода и прочих коммуникаций, проверили не сливает ли домовладение канализацию в реку, и в итоге выдали Владимиру документ на двадцати страницах, где было ещё с десяток подписей, и печатей.

Всё это время, нанятые рабочие, подновляли несколько обветшавший дом, заодно прокладывая дорожки в парке, и строя на крыше башенку, для медитаций и чаепития.

Кроме башенки, в доме из главного приёмного зала, на втором этаже, выходили два балкона. Один над входом в дом, другой нависая над парком. Сегодня кухарка и экономка расстарались, и Владимира ждал действительно царский обед из шести перемен, и вкуснейший малиновый пирог на десерт. В этом состояло ещё одно преимущество магического мира. Фрукты без особого труда можно было сохранять практически бесконечно, лишь время от времени подпитывая узор консервации, вплавленный в банку. Поэтому в больших домах, и у рачительных хозяев, всегда лежали на столе свежие фрукты, и овощи, а узор от плесени и гниения, наносился при строительстве подвалов и погребов, требуя только подзаряжать его раз в год, что делал приглашённый энергетик.

Владимир справился и без него, обойдя весь дом и подпитав узоры, а кое-где обновляя специальным маркером, одинаково хорошо писавшем на любом материале, проплавляя верхний слой плазменным шариком.

Заодно, ревизовал охранные системы дома и участка, которых было немало. Покойный генерал был если не параноиком, то очень близко к тому, насытив виллу средствами активной обороны, включая пару зенитных пушек на крыше, и скрытые до поры узоры, призванные смертельно удивить нападающих.

Тем временем информация о некоем студенте — сироте, владевшем крупным счётом в банке, квартирой на Храмовом бульваре, и виллой на набережной Москва-реки, просочилась в общество. Такое хозяйство нельзя было пускать на самотёк, и мамочки озаботились будущим несчастного сиротки.

Предвидя такое развитие событий, Владимир поручил разбор корреспонденции одной из горничных, люто ревновавшей своего работодателя ко всем женщинам, и оттого её ответы на приглашения были полны высокого стиля и едкого сарказма, написанных идеальным каллиграфическим почерком рондо.

А когда горничная по своей инициативе рассортировала счета, и парочку из них пометила как мошеннические, Владимир вызвал её к себе в кабинет, и усадил в кресло, напротив.

— Елена Михайловна Рубикс. — Володя держал в руках карточку с данными работницы. — Образование — Московская Школа делопроизводства и организации документооборота. Диплом с отличием. — Он поднял удивлённые глаза на девушку, пройдясь по фигуре внимательным взглядом. Чёрная форма с белым передником новые, это понятно. Всё покупалось для работников имения одновременно. Причёска аккуратная, ногти ухожены и коротко пострижены, туфельки не новые, но начищены до блеска. Чулков нет, но ноги тоже в идеальном порядке. Лицо красивое, но без патоки, не кукольное, с минимумом косметики.

— А почему вы устроились горничной? С вашим дипломом…

— Диплом, это да. — Елена кивнула и усмехнулась. — Только вот с моим лицом и фигурой, меня не желали видеть жёны господ, а если сами господа, то с обременением в качестве ночной грелки.

— Ясно. — Владимир кивнул. — Помощницей экономки пойдёте? Будете разбирать корреспонденцию, вести первоначальный приём посетителей среднего и нижнесреднего ранга, управлять моими приёмными часами, и помогать Веронике Степановне разбираться со счетами. Но сразу хочу предупредить. Они славные люди, и не нужно их обижать даже если где-то вы понимаете глубже и шире. Просто поищите слова, и я уверен, что вы их найдёте. Зарплата для начала сто шестьдесят рублей, дальше посмотрим. Берётесь?

— Да. — Девушка резко кивнула. — А…

— Все вопросы решите с Вероникой Степановной. — Владимир улыбнулся и нажал клавишу внутридомовой связи. — Вероника Степановна?

— Да, Владимир Алексеевич.

— Поднимитесь пожалуйста ко мне в кабинет. — И кивнул девушке. Ну, Елена Михална, всё то же самое будете делать только за б о льше деньги. Уверен вы всё сможете.

Если всё закончилось плохо, не имеет значения насколько хорош был ваш план.

Патологоанатом первого городского морга, Матвей Степанков.

Основной вопрос, который предстоит решить будущим исследователям — откуда берётся вся та энергия, которая используется для наполнения узоров. В теле психоэнергетика её совсем немного. Не хватит чтобы зажечь маленькую лампочку. Но как же тогда наши психоэнергетики творят свои чудеса? А дело в том, что энергетик — лишь управляющее звено мощного потока, как например обычный кран для воды. Одним лёгким поворотом ручки, мы управляем мощным потоком, а в электронных приборах эту функцию осуществляет транзистор или электронная лампа. Маленький поток управляющего электричества открывает или закрывает поток в сотни раз более мощный. На чём собственно и основан эффект усиления звука.

Психоэнергетики и являются той силой, что приоткрывает окно для мощного потока энергии. И тут свою роль играет сила самого психоэнергетика и его каналов. Соотношение между управляемой силой, и управляющей велико, но не бесконечно. Невозможно управлять большими потоками, с помощью совсем слабых сил. И поэтому мощь энергосистемы самого человека, оказывает прямое влияние на мощь высвобождаемой энергии. И ранги психоэнергетиков основаны на уровнях высвобождаемой ими силы. До ста эрг — постигающий. До пятисот эрг — ученик. Тысяча эрг — старший ученик, три тысячи — мастер, десять тысяч — магистр, пятьдесят тысяч эрг старший магистр, двести тысяч, архимагистр, и пятьсот тысяч, главный магистр. Существуют психоэнергетики и более высокого ранга, но их просто называют Грандами, никак не деля по силе, но один из знаменитых грандов Сергей Володарский имеет потенциал в полтора миллиона эрг.

Лекции общества Знание. Профессор психоэнергетики доктор наук Саблин А. М. Издательство Знание 1955 год.

Старое подземелье, где в незапамятные времена добывали камень, выкупили в частные руки лет сто назад, превратив в «Клинику лечения заболеваний дыхательных путей, и расстройства внутренних органов». И клиника действительно работала, занимая едва ли пятую часть от всех помещений, длинных штолен и залов, где раньше камень обтёсывали, до состояния пригодного к использованию, после чего по длинным шахтным стволам поднимали на поверхность.