— Но я его вытащил. Это главное.

Из своей комнаты как самая обыкновенная девочка выбежала Воскрешенная, за которой едва поспевали двое её телохранителей. Далак устало встретил её и поднял на руки. Девочка сразу что-то зашептала ему на ухо.

— Далак, — грозно нахмурился Кантор.

— Она просто сказала мне, где искать твоего сына.

Кантор закрыл глаза:

— Разве ты не понимаешь, что она — маленький манипулятор? И сейчас она не случайно сказала именно о моем сыне.

— У меня хватает опыта, чтобы четко следовать её подсказкам, поэтому хватит себя накручивать. И нет ничего дурного в том, что она хочет всех наших из беды вытащить. Прекрати её уже сравнивать с мамой, она другая.

— В этом и проблема, Далак. Ей нельзя быть другой.

От его слов девочка нахмурилась и крепче сжала одежду хранителя. Далак же не стал спорить с братом и подошел к Амрону.

— Как похожи-то, прямо как мы с тобой, Кантор, — поставил перед мальчиком Воскрешенную Далак и словно случайно закрыл её нижним крылом от взора брата. — Только мы не близнецы и ты страшный зануда.

Амрон ощутил, как в его руку легла бумажка, которую он машинально сжал в кулаке. Принц всеми силами постарался себя не выдать. Главное, чтобы опекун не заглянул в кровные узы и не увидел его воспоминания. Оставалось надеяться, что верон и дальше будет сосредоточен на Олеге. Вдобавок сестра взяла Амрона за руку, как бы говоря, что подстрахует его.

— Акрон, постарайтесь как-то привести ко мне второго мальчика, — сказал Кантор, решив не отвечать брату на колкость. — Ему будет безопаснее расти в нашем мире, а для Амрона мы освободим первый уровень, как только всех хранителей миров вернем домой.

— Сделаем всё, что сможем, хранитель, — снова склонил голову Акрон.

— Если же не получиться… я сам вмешаюсь и буду с вашим наследником разговаривать.

— Зануда, может, предоставишь переговоры для начала мне? — встрял Далак. — Нагрузишь парня дальше некуда, и он в депрессию впадет. Он все-таки родился не в веронском мире. Его с детства не готовили к встрече с тобой.

— Далака наследник слушать будет, а тебя он испугается, — поддержала идею Воскрешенная, осторожно выглянув из-под нижнего крыла хранителя миров.

— Если вы вдвоем что-то задумали…

— Ты это распознаешь и нас остановишь, — фамильярно похлопал по щеке брата Далак. — Хоть немного отпусти ситуацию и не пытайся всё контролировать, брат. Не пытайся заменить папу, у тебя этого все равно не получиться сделать. Джимиус оклемается, уступи ему.

— И дать вам устроить очередную катастрофу? — замогильно уточнил Кантор.

— Без катастрофы я бы не вернулся домой и не вытащил бы из дыры одну занудливую задницу. Поэтому катастрофы — это не всегда плохо.

— Не убедил.

— Попроси тётю Клариссу, — снова заговорила Воскрешенная, — когда к ней придет Рол, выйти к наследнику в кровные узы ради дочери. Если не веришь нам, поверишь ей.

— Ты так сильно не хочешь, чтобы я к нему лез?

— Да, наследник сам придёт к тебе. У него не будет другого выбора.

Кантор перевел на девочку суровый взгляд:

— Когда до тебя дойдет, что это не детские игры. В твоих руках огромное количество жизней и от твоих видений и решений зависит благополучие открытых миров. Мне тоже многое не нравится, но это не значит, что мы можем поступать так, как хотим и забывать об ответственности.

— Я это знаю, — опустила голову Воскрешенная. — Мне не надо напоминать… отправь кого-нибудь в мир змеехвостов, там снова эта появится.

Кантор скривился:

— Я её когда-нибудь развею.

— Ей раньше свои голову оторвут.

— Воскрешенная…

— К Азаделю вопросы! Она его разозлит, а он ей голову оторвет. Хочешь его попросить, чтобы он этого не делал? Предупреждаю! Он сильно не в духе и вдобавок пьян. Драку устроит. Ты его в бездну отправишь, а он оттуда вернется злющий презлющий.

Далак засмеялся с шокированного выражения лица брата.

— Нам, пожалуй, пора, — деликатно кашлянул Акрон.

— Да, вы правы, — вспомнил про веронов Кантор, — она и так при вас наговорила больше положенного правилами.

Направляясь назад к порталу, Амрон спросил у опекуна:

— Она говорила…о том самом Азаделе? Из генералов?

— О том самом, — отвечал Акрон, имея серый оттенок кожи после знакомства с юной ясновидящей. — Амрон, Лимра, о том, что вы сегодня от неё услышали, нельзя никому рассказывать. Даже самая безобидная и короткая её фраза может оказаться опасной. Особенно когда её предсказания касаются кого-то вроде Азаделя.