— Ты думаешь, мы сможем уговорить его выслушать нас?

Амрон пожал плечами:

— Надо попробовать…

Скучая без работы, Юлиан прохаживался по королевскому саду и разглядывал статуи. Он восхищался веронскими мастерами, вложившими душу и сердце в бездушный камень…

— Буэ!

Раздавшийся звук вывел Юлиана из состояния душевного равновесия и вернул в суровую реальность. Крепкие напитки — любимое развлечение королевской стражи. Оно «решало» проблемы, «уносило» скуку и «приносило» радость. Но коллеги пить не умели, и если уж напивались, то до полного беспамятства, интоксикации и отказа конечностей.

Из цветущих кустов на ватных ногах вышел Сэл.

— Ты?! — воскликнул Юлиан.

— Ну, я…

— Может, тебе нужна медицинская помощь? — взял согнувшегося подростка за плечи юноша.

— Не нужна, — уныло отозвался Сэл, держась за живот. — Это из-за него.

Он извлек из кармана похожий на волосатого червя фрукт.

— Только не говори, что ты его ел! — воскликнул Юлиан. — Он же ядовитый! Ты знаешь, что это лютус?!

— Знаю… Но если я его не доем, то наговорю Мране гадостей под воздействием зелья правды.

— Зелья правды?..

— А разве Одит тебя им не напоил, когда допрашивал?

— Нет…

— Повезло, — не торопился доедать фрукт Сэл. — А вот меня каждую неделю зельем травят. Мрана всех и каждого в воровстве подозревает.

Минут пять Юлиан рассматривал мерзкий фрукт. Дерево лютус привезено из тёмного мира зоу, росло в тени и ежегодно плодоносило, если его подкармливали свежей кровью и трупами животных. Оно позволяло снимать заклятия, как положительные, так и отрицательные. Его продажа запрещена во многих пространствах союза миров, так как из семечка лютуса готовили сильнодействующий и опасный наркотик. В студенческие годы Юлиан насмотрелся на безумцев воображающих себя птичками из-за воздействия наркотика.

— Одит знает? — мрачно спросил Юлиан.

— Разумеется. Он сам фруктовые деревья посадил и зелья варит. У него каждый фрукт подсчитан и учтен на тот случай, если кто-то без его разрешения сорвет. Нам надбавку платят в двойном размере за то, что мы травимся.

— И это того стоит?

— А ты зачем расчесываешь волосы самого могущественного и опасного волшебника в Размарале?! — огрызнулся Сэл. — Умереть молодым захотел?!

О том, чем рискует сам, Юлиан старался не думать.

— Извини… я не хотел тебя обидеть, — произнес он. — У меня просто… связаны неприятные воспоминания с лютусом — друг в окно выпрыгнул…

— Я не настолько безумен, чтобы принимать наркотики, — более покладисто отвечал Сэл. — Между нами. У меня есть пара неучтенных фруктов. Захочешь отравиться, обращайся.

Юлиан не успел поблагодарить Сэла, когда подросток убежал. Причину его бегства юноша понял, когда к нему подошел Одит. Вид у него был встревоженный.

— Расчёска с тобой?

— Да, — растерянно ответил юноша и достал вещь из сумки.

Одит над ней поколдовал и, прищурившись, осмотрелся.

— Идем со мной.

— Что случилось?

— Меньше задавай вопросов, когда тебе приказывают, — сказал Одит, направляясь на верхние этажи.

Остановившись напротив украшенной письменами двери, зоу громко и нецензурно ругнулся. Он использовал одну из магических отмычек и беспрепятственно вошел внутрь. Последовавший за начальником Юлиан ничего не понимал, пока не увидел распростертое на полу тело одного из больших начальников — Закары.

— Его убили? — тихо спросил юноша.

— Оглушили, — проверил пульс Одит. — Видишь лианы? Проявление дара принцессы — она растениями управляет. Нужно их убрать. Помоги мне.

Надев защитные перчатки, Юлиан помог Одиту быстро срезать и выбросить из кабинета лианы.

— Так, а сейчас я тебя научу прикрывать свою задницу, — со вздохом произнес Одит и достал из кармана бутылочку с чёрной субстанцией. — Влей ему в рот две-три капли, а я подержу его.

— Что это? — спросил Юлиан, подозрительно беря бутылочку.

— Зелье забвения. Пара капель и он забудет обо всем, что было за последние несколько часов.

— Зачем?

— Девчонка с наследником на пару допрашивала его с помощью зелья правды. Как ты думаешь, у кого стащили зелье?

— У вас?!

— Именно. Принцессе и наследнику ничего не будет, а с меня шкуру спустят за то, что допустил её к своим запасам, а мне моя шкура очень дорога.

Юлиан исполнил приказ и влил осторожно несколько капель в распахнутый рот Закары. Прошла пара минут, когда мужчина задергался, словно в припадке, но зоу держал крепко. Затем Одит переложил его на стул, расположив так, словно Закара уснул за рабочим столом.

— Что принцессе и наследнику могло понадобиться от него?

— Все, что угодно.