— Мастера вызови и принеси мне что-нибудь выпить…

Мир теней не всегда лишен красок.

Одит снял очки и прошелся вдоль стены с полками, заполненными всевозможными зельями, эликсирами и микстурами. Он сам их готовил и без этикеток по одному только цвету и форме флакона определял где, какое зелье. В руку привычно лёг болотный флакон.

Одит сел за тёмный стол с прозрачным кристаллом сбоку и красной стопкой бумаг по центру. Использовать бумагу считалось старомодным, но зоу не мог отказаться от древесного запаха — запахом его родины — ядовитым и горьким, как и сама бумага.

От количества накопившейся работы у Одита раскалывалась голова. Знал ведь, что церемония плохая затея. С характером Амрона подождать бы лет двадцать-тридцать, а то и все сорок. Но разве Завса переубедишь? И старший принц выбрал непонятную позицию невмешательства в решения советника.

— Не даст мне наследник спокойно до отставки доработать, — грустно сказал Одит, приложив к голове холодный компресс.

В этот момент к нему заглянул один из новеньких. С непривычки он споткнулся в полумраке и подслеповато обвел пространство взглядом. Заметив красные глаза начальника без солнцезащитных очков, юноша вздрогнул и отступил к двери.

Люди. Молодая, слабая и боязливая раса, для которой существовал заповедник на случай, если в открытых мирах их всех перебьют. Правда, живучие как паразиты и с такой же скоростью размножались. Взять хотя бы новенького. Вспыльчивый наследник не отправил его в лазарет, ничего не сломал и током не поджог. Сам Одит никогда бы не притронулся к волосам наследника без защитных перчаток, а новенькому их выдали с опозданием…

— Вызывали? — не выдержал длительного молчания человек.

— Заходи и садись.

Как только юноша исполнил приказ, Одит уточнил:

— Юлиан? Правильно?

— Да.

— Ты понимаешь, зачем я тебя вызвал? — закурил трубку зоу, наполняя комнату едким запахом.

— Догадываюсь…

Догадывается он. По лицу видно, что наследник его предупредил о замыслах. Юлиан и его компания таких же бестолковых новеньких вышли сухими из воды в буквальном смысле, тогда как другие, в том числе сам Одит, едва не захлебнулись и не переломали себе кости. В итоге выговор, уязвленная гордость и подмоченная репутация. Выговор — ерунда — старший принц компенсирует, но вот истерика Мраны и визгливые оскорбления Завса забудутся нескоро.

— Что тебе сказал наследный принц? — приступил к расспросам Одит.

— Сказал, чтобы я уходил, пока мне ничего не оторвали.

— И больше ничего? — сузил красные глаза начальник.

Юлиан на секунду-другую замялся, но ответил:

— Он сказал не ходить на церемонию.

— Почему? — напирал зоу.

— Что меня не ждет ничего хорошего.

— И ты не доложил об этом сразу мне?! Разве тебе не выдали инструкции?!

— Я не знал, что это важно. Я… я думал, что на церемонии будет небезопасно только для таких, как я…

— Не представлял, насколько мальчишка силен? — закончил Одит.

— Для меня его способности за гранью понимания. Я приехал из колонии, где владеют в основном бытовой магией и полагаются на технологии. Он для меня… сродни божеству…

— Что он еще говорил? — не расчувствовался Одит.

Зоу взял со стола прозрачный кристалл и смотрел на него, а не на Юлиана.

— Что кое-кому припомнит принцессу. Это важно?

Кристалл загорелся зеленым, а Одит засмеялся, разрядив напряженную обстановку.

— Почему ты пошел к наследнику вместо того неудачника? Его же приставили к наследнику, а не тебя.

— С везучестью моего друга, наследник случайно убил бы его. Нико точно назвал бы его принцессой.

— Наследник мог покалечить тебя вместо него. Он за месяц троих в лазарет отправил из-за шутки про принцессу.

— Почему не запретите, раз знаете?

Одит прищурился и снова взглянул на кристалл. Угрозы человек не представлял…

— Чем меньше во дворце останется идиотов, — засыпал еще курительной травы в трубку зоу, — тем меньше будет посылок в закрытых ящиках. Наследник пока обходится без смертельных случаев, но кроме него в замке предостаточно опасностей и ловушек. На прошлой неделе один умник пытался украсть веронскую реликвию. Мы едва отодрали его от стены. Если страдаешь клептоманией, советую излечиться прямо сейчас.

— Не страдаю… Но знаете, странно как-то, что при такой огромной силе, наследник никого не убил… — почесал затылок Юлиан. — Разве королевской семье не запрещено оживлять и лечить с помощью божественного дыхания? Насколько я знаю, оно меняет сознание.

— Не он оживляет, — уважительно хмыкнул Одит, отмечая сообразительность человека. — Поэтому если увидишь рядом с наследником верона, Завсу ни слова, да и лучше вообще никому ничего не болтай.

— Я могу задать провокационный вопрос?