— Их не останавливает присутствие стражей границы?

— Нет. Мы стражей и не видели толком, нам дали карту с их настоящим местоположением и приказали, чтобы мы держали от них подальше. Вот мы и держимся.

— Идем, транспорт ждет.

Во время поездки Тарален позволил человеку вдоволь пожаловаться на неадекватных коллег. И только оказавшись под защитой стен и магии, Тарален сменил тему на волновавший его вопрос:

— Ты был, когда наследник напал на мою жену?

Юлиан как раз доедал второй бутерброд и отвернулся.

— Был… — не сразу ответил юноша, — только я не понял, чего Амрон взбесился. Про какой-то поводок говорил и рабство. Нас едва всех не поджарил. Если бы не Одит, точно бы поджарил. Но…я не смог остаться в стороне, когда… дядя избил его.

— Избил?! — поднялись брови у Таралена.

— Я случайно увидел, как Генлий врезал ему по лицу. Я хотел незаметно забрать забытую сумку. Вот и стал свидетелем «воспитательной» беседы. Не знаю… это какой-то неправильный метод воспитания. Неудивительно, что мальчик нервный. После разговора с дядей, он мне расческу в прах развеял.

— Как это произошло?

— Ничего необычного, я просто решил его расчесать.

— Из расчёски точно не полилась вода? — поддался вперед Тарален.

— Нет, она обуглилась и рассыпалась прахом. Что не так?

— Я просто выясняю последствия покушения, — солгал верон. — Ты ничего странного в нём еще не заметил? Может, что-то в поведении было не так? Или он говорил как-то непривычно и странно?

Юлиан коснулся подбородка и задумался.

— Вроде нет… хотя, он забыл, что я человек. Это важно?

— Ты уверен?

— Да. Он казалось, удивился, что я человек. И это прозвучит странно, но мне показалось, что он от нас шарахался, словно впервые видел. Имена не называл, хотя обычно всех по имени помнил. Может, ему память повредили?

— Мы это выясним.

— Вы подозреваете, что это был не Амрон? — осенило Юлиана.

— Нет. Я тебе уже говорил, что второго наследника быть не может.

— Но почему? Всё сходится! — юноша хлопнул себя по ладони кулаком. — Ах да! Еще Шэй знает ваш язык и заметил, что у него странный акцент. Нико еще пошутил про выбитые зубы…

— Юлиан, существо высшего порядка невозможно спрятать, — напомнил Тарален. — Это как попытаться спрятать город.

— Даже если он живет в закрытом мире? Он появился как раз, когда привели его мать. Что если он жил с ней?

— Откуда тогда наш язык знает? Если он не имел контактов с нашей расой, то языка мальчик знать не может.

Юлиан почесал затылок.

— Как же акцент…может, на нём был переводчик, а мы его не заметили…

— Может, шутка про выбитые зубы недалека от истины? Юлиан, я повторю еще раз, существо высшего порядка нельзя спрятать даже в закрытом мире. Он слишком силен, чтобы его не заметили. И давай рассуждать логически, если мы столкнулись со вторым наследником, то получается, что его не опознали отец и дядя. Никто из них не заметил разницы. Мало того, он одурачил стражей границы, всю прислугу и мою жену.

— Кольцо…

— Что кольцо? — напрягся Тарален.

— У Амрона бирюзовый камень, а у этого синий, как пламя! Вот!

И снова холодная змея проползла по внутренностям верона.

— Кольцо подделка, — упрямо произнес Тарален. — Амрон носит ненастоящее королевское кольцо. Поэтому вероятно Завс поменял цвет кольца под цвет пламени, чтобы прикрыть обман.

— Тогда посмотрите запись!

Юлиан извлек из сумки прозрачную табличку, какое-то время пощелкал по экрану, чтобы повернуть изображение к Таралену. Верон взял табличку и внимательно изучил кадры покушения на наследника видом с крыши, мысленно отмечая время нападения. Затем он полистал еще несколько кадров, слитых в сеть.

— О, это он разговаривает с командиром стражей границы, — заметил Юлиан. — Я сам еще этого не видел. Прислушайтесь, как он говорит.

Но Таралена интересовал не странный акцент наследника, а направление взгляда Завса. Советник смотрел на мальчика с таким неподдельным ужасом, словно с Элом разговаривал сам повелитель бездны. Второй наследник или же мирайя? Страж границы не выдал бы мирайя при свидетелях. Однако, непонятно, как ему удалось подчинить магию дворца и пламя агхары. При всей их силе, веронская магия мирайя неподвластна. Или же искусная иллюзия? Тогда объяснялось целительное воздействие огня, и как мальчик узнал про поводок. Неужели мирайя решили вмешаться и подослали своего агента сразу после решения совета магов? Если так, то дальше копать опасно.

— И что это доказывает? — вслух задал вопрос Тарален.

— У меня кончились аргументы, — сдался Юлиан в шаге от победы и жадно посмотрел на еду.

— Ешь, а что не доешь, возьми с собой.

— Эм…

— Ты содержанка, — пошутил Тарален. — Расслабься и наслаждайся.

Юлиан неловко улыбнулся, беря еще один бутерброд и не замечая, каким напряженным и встревоженным выглядел верон после беседы.

Вдвоем Лимра и Олег почти дотянули Одита до его кабинета. Казалось, что благодаря магии дворца никто не заметил их отсутствия, пока у самого порога не раздался насмешливый бархатный голос дяди: