В архиве все также горела тусклая лампочка, почти не разгоняя темноту. Вот тут Петр Иванович не постарался, надо будет предъявить ему за не выделение средств на ремонт подвала. Потом.

Все папки будто бы лежали на своих местах, но сейчас меня заинтересовали те, где были сведения об алеутах, да английской диаспоре. Первая, чтобы сравнить то, что я узнал на допросах, с тем, что хранится в жандармерии. И может, потом их пополню, если сведения в архиве окажутся устаревшими. А вот англичане меня интересовали из-за моей стычки с пьянчугой, назвавшимся бароном. Именно из-за них мне пришлось нанять для охраны дома Роба и Артема. Вот тут-то мне и «фартануло». Помнится, в прошлое мое посещение некоторых папок не было. Сейчас они оказались на месте, чем я и воспользовался.

Пролистывая дела на самых известных англичан, обосновавшихся в Ново-Архангельске, мой взгляд зацепился за интересную деталь. Как минимум на пятерых английских аристократов ничего кроме их имени и даты приезда не было. При том, что прибыли в город они давно и в папках тех же алеутов говорилось, что один из них является главой английской общины. И это на главу-то и никакой информации кроме его имени?! Да даже факт, что он является главой своей диаспоры, не указан! Как говорил знаменитый в моем прошлом мире режиссер Станиславский — не верю!

Получается, кто-то специально подменил полное досье на этих англичан, оставив лишь их имена. Почему же сами имена не убрал? Ну, тут все просто. Эти имена на слуху, а папки заполнены так, что просто информация на каждого человека в них хранится в отдельном подписанном конверте. Пока не откроешь конверт, не поймешь, что он практически пуст. Будет кто иной искать информацию на главу английской общины из «старожилов» жандармерии? Вряд ли. То есть, такая обманка сделана как раз для них. Заглянут в общую папку и пролистнут конверт с данными на главу. Как я успел заметить, особо въедливых сотрудников, «копающих» глубоко, здесь нет. Посмотрят информацию на мелких аристократов, которых можно и опросить, и если что «взять за гланды», после чего отрапортовать об отличном результате, и все.

Запомнив имена всех, на кого изъяли досье, я покинул архив. Вот теперь — точно все! Пора домой.

На улице утренняя свежесть сменилась пригревающим солнышком. Не жарко, зато можно насладиться уходящим летним теплом. Так называемым «бабьим летом». Что я и сделал, неторопливо зашагав по улице.

Заметив мальчишку-разносчика, купил у него свежую газету и присел на лавочку. Ничего нового не узнал, так по мелочи. Встав с лавки, двинулся было к кафе, чтобы перекусить, как заметил троих мужчин, державшихся недалеко друг от друга, один из которых пристально смотрел в мою сторону. Но стоило ему поймать мой взгляд, как он тут же отвернулся и сделал вид, словно любуется березой. Тут же вспомнились лекции Савелия Лукича по слежке и умению ее вести. Неужели мне попались «топтуны»? Да еще такие неумелые…

Я решил это проверить и вместо кафе двинулся вдоль улицы. Лучший способ проверить себя на «хвост» — резко менять маршрут и внезапно останавливаться. Если кто-то идущий следом, но не впритык, тоже дернется и остановится или чуть ускорит шаг, чтобы не потерять тебя — можно будет с уверенность в девяносто процентов считать, что он «топтун», или «филер», как называют у нас на службе таких людей.

— Не ошибся, — прошептал я себе под нос спустя пять минут.

Троица и правда шла конкретно за мной. Но подходить пока то ли боялись, то ли не хотели, чтобы кто-то еще заметил их интерес ко мне. При этом на обычных филеров они были не похожи. Больше на бандитов, которым заказали «жертву», причем не шибко-то умных. Нет, не по внешнему виду. По повадкам. Смотрят на меня, как на цель. Держатся вместе, чтобы удобнее было «жертву» атаковать.

Попетляв еще немного по городу, я попытался поймать извозчика и таким образом скрыться от них. Не получилось. Тем тоже повезло нанять себе транспорт, а устраивать «гонки» мой кучер отказался наотрез. И как мне быть? Не к дому же ехать. Есть еще шанс, что они не знают, где я живу. Хотя и непонятно, с чего на меня ополчились. Единственный вариант, как избавиться от них, пришел мне на ум, когда я проезжал мимо знакомого кабака.

— Здесь тормозни, — приказал я кучеру.

Расплатившись, я тут же нырнул в гостеприимно распахнутую дверь. Идея была проста: занять столик, пообедать заодно, не думаю, что они решатся атаковать при куче народа, а после пойти вроде как в туалет и скрыться через задний двор. Главное договориться об этом с барменом загодя. А том, что кабак имеет выход и на другой стороне для персонала, я даже не сомневался.

Правда, мой план не сработал. Я неправильно оценил своих соглядатаев и их мотивы. О чем узнал в тот момент, когда они подсели за мой столик, ни капли не смущаясь этому.

Три человека. Все одеты достаточно цивильно — в серых слегка запыленных костюмах, при галстуках и шляпах, которые они даже не сняли на входе. С усами только один — который сел прямо напротив меня, остальные тщательно выбриты. Издалека это было не так заметно, а вот сейчас я это хорошо рассмотрел. Значит, не русские. Наши все поголовно стараются носить хотя бы легкий пушок над губой. Я вот тоже, чтобы не выделяться, не сбриваю свои усы, хотя в прошлой жизни и не любил их.

— Григори Болоховски? — с легко различимым английским акцентом спросил «усач».

— Да, с кем имею честь?

— Граф Итон Кельм, — представился собеседник на своем родном языке. И сразу перешел к сути дела, не назвав своих спутников. — Вы убили нашего друга, барона Лонглейла. Это непростительно!

Вот оно что! Значит, англичане все же решили дать «ответ», но в частном порядке. Иначе он и представился бы по-другому. Ну, тогда и я буду решать вопрос с ними, как с частными лицами. И вести себя соответствующе.