— Телепорт-предмет? — отец усмехнулся. — Это стратегическое оружие. Совершенно-секретное, как сам понимаешь, даже я знаю только на уровне слухов. Это миллионы, если не десятки миллионов рублей, ты понимаешь порядок сумм? Плюс огромное возмущение поля, которое засекается всеми сенсами.

— Тем не менее. Она… Вышла из лифта в гостиницу, хотя не садилась в него. Вот что они мне сказали. И ещё одно. В этот же день эта Ольга была у меня в номере и пыталась соблазнить меня. Сказала, что хочет, чтобы я возненавидел этот мир, и поэтому будет убивать моих близких. И ещё, судя по всему, у неё был сообщник.

— Ты уверен? Пока звучит как полная фантазия.

— Стройная, спортивная, плечи чуть шире обычных, светлые волосы до плеч, голубые глаза, ниже меня ростом, северо-славянский тип лица.

Отец помедлил пару секунд, затем согласился:

— Ладно. Долго говорим. Звонок очень дорогой отсюда. Да, ещё. Я понимаю, что должен был тебе читать длинные напутственные речи на тему противоположного пола, но скажу кратко. Не заигрывайся там. Холодный рассудок и интересны семьи важнее сиюминутных увлечений.

Я усмехнулся — эх, если бы мой «местный» отец понимал соотношение моего опыта и своего и знал бы о моей истинной миссии, то понял, насколько это глупые советы. Но я ответил коротко:

— Хорошо, отец. Работаем.

В двери кухни обнаружилась Алла — на ней была только короткая маечка-пеньюар, волосы были растрёпаны — красота!

— Отец? Ты с отцом разговаривал? Я что-то думала, что он у тебя умерший давно. Ты же говорил, что с матерью живёшь. Ну, то есть жил.

— Он очень далеко. Работает на один крупный картель.

— Слушай! Я поняла. Помнишь, мы отмечали окончание курсов. И ты сказал, что общался с мафиози. Твой отец — из мафии, да? Из каких-то кланов? Все эти картели всегда связаны с мафией.

Я взял Аллу за плечи.

— Он очень опасный человек, я сам точно не знаю, на кого он работает и стоит ли ему верить. Несколько раз он давал мне небольшие поручения.

— Круто! Мой парень — сын мафиози. Правда, мне нравится!

«Мой парень» немного резануло по ушам. Наверное, я сильно отвык от таких формулировок. Ну, с другой стороны — что ещё было ожидать? Назвался груздем — полезай в кузовок. Алла продолжила:

— И сейчас снова задание? Почему бы тебе не устроиться просто к нему в контору?

Я обнял её и решил перевести тему:

— Ну, потому что мне больше нравится здесь. И потому что в его конторе наверняка нет таких интересных девушек, как ты.

Она обвила мою шею руками и поцеловала. Я заметил, что с каждым разом эффект «паразитного навыка» с замораживанием срабатывает всё слабее, и она тоже это заметила.

— Уже почти не срабатывает! Но это не потому что я тебя не… Знаешь, я читала, что паразитный навык может ослабнуть. Знаешь, как у аллергиков, которые долго живут с кошкой — сначала слабо, а потом сильнее.

— Я для тебя котик? — предположил я.

Что было в последующие полчаса — описывать не имеет смысла. Мыться по три раза за сутки я не любил, но горячее тело Аллы не могло наскучить. Конечно, я был сильно не выспавшимся, но иногда это только играет на руку. К тому же, перед работой осталось больше часа времени, и пока Алла собиралась и приводила себя в порядок, я решил смотаться домой. Пошёл пешком — с таксями так рано утром был полный швах, а идти было всего двадцать минут.

У ворот меня тормознул уже знакомый лимузин. Я немного напрягся. Боковое стекло опустилось.

— Эльдар Матвеич, примите соболезнования по поводу кончины вашего деда, — сказал Леонард Голицын. — Очень трагичное событие.

— Вы знакомы с деталями дела? Знаете, кто за этим может стоять? — спросил я.

— Признаться, очень бегло. Учитывая особенности его работы — думаю, Северная Уния. Англичане и норвеги. Может, Люксембург и французы, но маловероятно. Но если вы думаете, что я могу существенно повлиять на ход расследования — вы заблуждаетесь, мои ресурсы тут ограничены.

— Нет, не стоит, Леонард Эрнестович… — я недолго подумал, какой вопрос ему задать. — В каких мы отношениях с Тайной Полицией?

Мой влиятельный сосед вздохнул.

— Следует спросить, с какой именно Тайной Полицией, мой друг. С той, что в Москве и Санкт-Петербурге — положительно, там немало… наших сторонников, вы понимаете. Что до регионов — увы, часто случается, что там есть факты иностранного влияния и влияния внутренних врагов нашей системы.

На миг я задумался — стоит ли сообщать ему о том, что я разговаривал с Иннокентием, или нет, и принял решение умолчать. Разделяй и властвуй.

— Простите, что задержал вас, — я коротко кивнул. — У меня после моей командировки в Зеленогорье уйма вопросов, признаться. Хотелось бы как-нибудь пообщаться с вами в более приватной обстановке.