Черное жерло главных ворот носителя раскинулось во весь экран. Коротко звякнул зуммер готовности, и Грегор, морщась от боли, натянул перчатку и шлем. Положил руки на панель управления, контролируя согласно регламенту процесс автоматической посадки.

Она прошла гладко. Огромная металлическая птица тяжелого истребителя скользнула в темноту, преодолела портал и оказалась в огромном брюхе носителя, в котором мог разместиться линкор. Здесь пылали огни на стенах, посадочная палуба переливалась разными цветами. Одновременно с Грегори на посадку зашли еще два истребителя – из команды самого носителя, легкие, юркие. Автоматика развела их в разные стороны, внешние камеры отключились, и Грегор лишь на виртуальном экране видел, как перед его машиной расстилается гладкая сияющая поверхность левого края палубы.

Диспетчерская система посадила его на поверхность быстро и точно. Короткое торможение, отвод с основной палубы, фиксация креплениями – все заняло не больше пары минут. Потом машина провалилась сквозь палубу вниз, в ангары, и экраны зарябили, потеряв изображение с датчиков. Секунду спустя истребитель вздрогнул и застыл окончательно, помещенный в отдельную ячейку дока. Все экраны полыхнули красным – системы начали отключаться. Финиш.

Грег кряхтя поднялся из кресла, пригнувшись, протиснулся в заднюю часть кабины и спустился по автоматически выдвинувшейся лестнице в помещение дока. Он устал, чувствовал себя больным, но не мог сдержать любопытства – замер под брюхом своей машины и завертел головой. Он еще не бывал в ангарах современных носителей.

Смотреть было не на что. Крохотная ячейка, в которую едва помещался истребитель, напоминала железную коробку. В окружившей пилота темноте смутно виднелись различные механические захваты, уходившие в стены, а сверху свисали ремонтные роботы, напоминавшие щупальца осьминога. Ничего интересного. Сплошная автоматика.

В темноте вспыхнул светлый прямоугольник – выход для пилотов. Вздохнув, капитан пошел на свет и очутился в крохотном шкафу дезактиватора со светящимися стенами. Его обдало струями различной химической дряни и волнами излучения. Вся обработка заняла пару секунд, не больше. Он даже выругаться не успел, как открылась вторая дверь, ведущая в общий коридор.

Выбравшись из камеры обработки, Грег оказался в длинном узком коридоре. В его стенах виднелись похожие двери, из которых было положено выходить другим пилотам. Рядом никого не оказалось, но вдалеке виднелись человеческие фигуры, стоявшие прямо под лентами освещения. Вайс, не зная, что делать дальше, побрел к ним. Разок только обернулся, бросив встревоженный взгляд на дверь, за которой находился его корабль. Оставалось только надеяться, что техники носителя умеют работать с этими тяжелыми истребителями.

Приблизившись к группе пилотов, он заметил, что ребята стоят без шлемов, и поспешил снять свой. Теперь можно. Сделав еще пару шагов, он начал жадно всматриваться в лица. Их было пятеро, и, если судить по форменным скафандрам, все с этого носителя. Но дальше, за ними…

– Ришта! – крикнул Грег и побежал вперед. – Ришта!

Самый низкорослый пилот в комбезе станции 112 обернулся и успел удивленно вскинуть брови, прежде чем Вайс заключил его в объятия. Грегор обхватил своего командира за плечи, прижал к себе, шумно задышал.

– Живой, – выдохнул он. – Живой…

Ларен Ришта что-то тихо буркнул, уперся рукой в грудь капитана, отодвинул его от себя, глянул снизу вверх, заглянул в припухшие глаза.

– Вайс, – протянул он, и его тонкие губы тронула ухмылка. – Капитан-лейтенант… Первый бой?

– Да, – выдохнул Грегори.

Выплеснув последние силы в этой вспышке, он прислонился плечом к стене и лишь слабо помахал рукой остальным пилотам, глядевшим на него.

– А ты молодец, – серьезно сказал Ришта, сверля его взглядом маленьких черных глаз. – Для того, кто хотел просто заработать положительные рекомендации для личного дела. Неплохо. Очень неплохо.

Вайс тяжело вздохнул.

– Куда там, – сказал он. – Это был просто… конец.

Ришта подошел ближе, положил руку на плечо.

– Не надо, – сказал он. – Мы живы и с победой. Все остальное позади.

– Победа, – протянул Грегор. – Какая там победа…

Ришта быстро оглянулся. Пилоты с носителя уже удалялись, они направились в конец коридора, к двери, ведущей к выходу. На ходу они тихо переговаривались, и Вайс невольно услышал обрывки разговора. Они говорили, что мест в столовой не хватает, в пятом блоке организована раздача энергетических пайков, нужно брать и валить на боковую, давить подушку.

– Ты тоже видел, – сухо констатировал Ришта, обернувшись к Грегору. – Так?

– Что именно? – печально отозвался тот. – Огромный флот вторжения, прошедший сквозь систему, как нож сквозь масло?

– Тише, – сказал Ришта и снова обернулся: – Далеко не у всех есть допуск к этой информации. Ты же понимаешь? Мы застали начало боя, а большинство ребят из Второго флота – нет.

– Что? – Грегори устало потер щеку. – А, да. Понимаю. Да я и сам… Так. Немного видел.

– Соберись, – серьезно сказал Ришта. – Грег, соберись! Все еще впереди. Все только начинается. Нам нужны пилоты. Нужны командиры. Не вздумай тут устроить истерику и потребовать мозгоправа.