Через несколько минут совещания прямо у изгороди собравшиеся определились.

В поход ехали те же три деревенские машины.

К ним добавились две машины с вампирами, обозлёнными жуткими перспективами на предложенное им будущее, — личный отряд Карнеола.

Две машины с Чистильщиками, которые должны будут устраивать погранично-сторожевые посты и постепенно оставлять на них по двойке своих — человек и оборотень. Посты протянутся до самой границы государства.

И одна машина из Старого города, в которую вошли преподаватели Белостенные, ветераны войны на защите города, и преподаватели из храма некромагов, тоже в войну получившие навык уничтожения магических машин.

Дрок и Перт уезжали назад, в Старый город, — на всякий случай собирать старшекурсников из всех храмов для предупреждения и защиты города. Предупреждение заключалось в том, что старшекурсники, а также взрослые маги (если согласятся ехать на границу предупреждённые гильдии городских магов) по одному будут Чистильщикам в помощь, потому как среди Чистильщиков мало магов, а о событиях на границе придётся передавать по цепочке к пригороду, который уже сейчас будет настороже.

Коридор подземного хода оказался единственным уязвимым местечком «строгого здания». Его открытый, без дверей, проём позволял магическому взгляду-разведчику не только легко переходить из лаборатории в заводские цеха, но и выходить на поверхность.

Там, где за «строгим зданием» должно было располагаться спортивное поле, которое вампиры обещали ребятам показать вскорости, начинались ряды громадных серых коробок — склады. Начинались и уходили в бесконечность, к горизонту.

Человеку с такой кровью, как у Коннора, нетрудно было обнаружить, чем отличается магия вампиров от тех, какими он владел. Машинная магия, выпущенная мальчишкой-некромантом из блока, нуждалась лишь в небольшой корректировке, чтобы повторить те формулы, которые он увидел в ткани здешней магии — в том самом мареве.

Стоя у стены «мусорного контейнера» — лицом ко входу в подземный коридор, опираясь ладонями на эту стену, чтобы не упасть от сосредоточенности (предполагалась жёсткая), Коннор, едва дыша от напряжения (а вдруг заметят не вовремя и определят, откуда распространяется направленная магия?), «прокрался» по этому коридору, «проскочил» один за другим заводские цеха и «вышел» к складам с готовой продукцией.

Над временно «тихими» механизмами словно плавилась вложенная в них, пока спокойная магия.

Предупреждённые, чтобы не мешали, Виридин и Дафна насторожённо следили за мальчишкой-некромантом.

А Коннор тем временем уверился в том, чего немного опасался. Его машинная магия — совершеннее здешней. А значит… Он нашёл центральное складское здание, некоторое время смотрел на пугающие своей безучастностью механизмы. Наконец, решился. Сглотнул, чтобы не болело пересохшее горло. И мысленно соединил два марева — своё и здешнее. А затем, сообразив по покою в смешанной магии, что здешняя приняла его изменения, ввёл в чужую машинную магию несколько коротких формул.

По мареву над машинами прошла волна, едва видная даже усиленным магией взглядом. Прошла, и марево вновь успокоилось.

Прижимаясь ладонями и лбом к стене, Коннор следил за происходящим, не допуская мысли, что всё так и останется недвижимым. Он ждал, продолжая понемногу вводить в марево личные формулы и усиливая задуманное действие.

Этот склад был в центре, и его могли не так кропотливо проверять на предмет сохранности. Да и зачем проверять продукцию, которая без приказа сверху стоит буквально мёртвой?

В картине застывших машин что-то дрогнуло.

Коннор облизал губы, пересохшие от горячего дыхания ртом.

«Краб» пока ещё неуверенно поднял «голову»-тарелку. Зажглись механические глаза, и тарелка зажужжала, медленно набирая скорость и осматриваясь. Магическая машина медленно переступила металлическими лапами… Коннор, наблюдая за ней, уже не мог мысленно внедрять в марево формулы и зашептал их…

«Голова»-тарелка резко остановилась, когда поднял «голову» соседний «краб».

Настроенный на ряды механизмов, Коннор сильно вздрогнул, когда первый «очнувшийся» бумбум раскрутил «тарелку» и выпустил первую очередь по соседу. А вокруг просыпались остальные — и от них расходилась круговая волна, заставлявшая «крабы» отстреливаться от всех тех, кого они посчитали врагами. Разверзшийся механический огнестрельный ад превращал ожившие машины в беспорядочный металлолом… Мальчишка-некромант, задыхаясь от видимого его внутреннему взгляду, следил за битвой машин до тех пор, пока не понял: с этого склада машинное безумие уверенно переходит на остальные склады.

Что их, его и Виридина, хватятся в опустевших комнатах и сопоставят их побег с тем, что машины внезапно сошли с ума, он не боялся. Для вампиров, которые их привезли сюда, он, Коннор, всего лишь мальчик-библиотека — это он знал точно. А потому в этой суматохе, которая, распространяясь, набирала обороты, его и Виридина искать не будут.

Он отлепил мокрые от напряжения ладони от крашеной стены и обернулся, только сейчас чувствуя, что тяжело и сипло дышит.

— Ты что… — начал Виридин, сообразивший, что говорить можно, и — аж пригнулся, когда в лаборатории раздался сигнал тревоги. А потом болезненно вскрикнул и заткнул уши руками.