— О, а вы недооценили нашего нового ужасного на вид союзника! — обрадованно воскликнул командующий Дрейк, переведя взгляд на тактическую карту. — «Абдул Кадир» собственной персоной!

— Забираю все свои слова о Го Фэне обратно, — произнес я, улыбаясь. — Похоже, у нас появился шанс…

Вот, что за эмоциональные качели устраиваю я сам себе, причем в каждом сражении, в котором участвую. То создаю себе проблемы, казалось, теряя все, что только можно. Потом, как правило, благополучно их решаю, и снова в душе разгорается огонек надежды. Но больше всего я ненавижу, когда эта самая надежда оказывается лишь миражом.

Сейчас как раз произошло именно такое событие. Внезапное, уже нежданное появление в секторе боя линейного корабля «Абдул Кадир» возродило в наших с адмиралом Дрейком сердцах радость и придало уверенности. Но, как вы уже, наверное, догадались, длилась это недолго.

Пиратский линкор действительно возник в самый последний момент, вынырнув из-за геоида планеты. Своим появлением огромный дредноут привел в замешательство корабли эскадры противника, многие из которые прекратили вести по нашим с Дрейком кораблям огонь и вынуждены были развернуться в сторону новоприбывшего корабля, опасаясь нападения с «тыла».

Спустя недолгое время, ушедшее у американцев, чтобы прийти в чувство и разобраться в происходящем, сразу семь их вымпелов, включавшие в себя линейные корабли и тяжелые крейсеры, вышли навстречу «Абдул Кадиру», с намерением перехватить его до подхода к верфи и не дать соединится с нами. Совокупная огневая и защитная мощь группы кораблей «янки» раза в три превосходила корабль Го Фэня.

То чего я боялся и в чем обвинял пирата случилось, только не сразу, а ровно сейчас на моих глазах. Наш красавчик хунхуз, увидев, какая на него надвигается силища, струхнул и заметался по космосу. Ну, мне бы дураку еще при планировании операции послать на «Абдул Кадир» в усиление команды Го Фэня космоморяков «черноморцев» из бывших военнопленных, которых на «Афине» и «Омахе» было некуда девать. В самый ответственный момент они взяли бы контроль над пиратским линкором и вступили бы в бой. Но рядом с Го Фэнем сейчас были его храбрые в абордажных атаках, но ничего не понимающие в тактике космического боя хунхузы, а этого было мало.

Го Фэнь был не из трусов, но он был пират и умирать за наши с Дрейком принципы уж точно не собирался. Его криворукие канониры, несмотря на все свои искусственные манипуляторы, постреляли для вида в сторону американцев, так и не задев ни одного их энергополя. На этом участие «Абдул Кадира» в сражении у верфи и закончилось. Линейный корабль начал суетливо маневрировать в пространстве и нарезать «круги», однако испугался идти непосредственно в сектор, где кипела битва.

А когда семь американских вымпелов, высланные его обезвредить, начали приближаться к отметке в 200 000 километров, отважный Го Фэнь решил, что сделал все что мог и храбро повернул назад, убегая подальше от планеты.

— Ах, ты чертов паразит! — прошипел я. Моим операторам, наконец, удалось «дозвониться» до пирата и с «Абдул Кадира» соизволили ответить. — А ну-ка вернись немедленно в сектор!

— Не кричи на Го Фэня адмирал — пацан! — надулся хунхуз, зашевелив руками манипуляторами. — Го Фэнь пытался, Го Фэнь храбро сражался, но ничего не мог сделать…

— Не смей разговаривать со мной в прошедшем времени, — повысил я на него голос. — Что значит пытался? У тебя еще есть на это время! И каким вообще образом ты пытался, а?! Хотя бы попади ради приличия хоть в один из вражеских кораблей…

— Ничего уже поделать нельзя, адмирал-пацан, извини, — печально покачал головой хунхуз, потирая свою жидкую бородку и прицокивая языком. — Хороший ты был воин, глупый, но храбрый…

— Типун тебе на язык! — я понял, что пирата уже не удастся уговорить присоединиться к битве и все-таки попытаться расколоть вражеское построение. Хотя, по правде сказать, Го Фэнь своим появлением в секторе подарил нам с адмиралом Дрейком несколько дополнительных минут жизни. Все-таки семи вымпелам пришлось покинуть строй, чтобы перехватить «Абдул Кадир». Это конечно, принципиально не меняло расклада сил, но немного снизило интенсивность огня вражеских батарей по нашей эскадре, а так же сделало тоньше «линию» окруживших нас кораблей. — Прекрати разговаривать со мной как будто на поминках!

— Заранее говорю, потом поздно будет, — ответил Го Фэнь. — Прощай адмирал-пацан…

— Ладно, с тобой мы поговорим после, когда я выберусь и поймаю тебя, — пригрозил я пирату, уже не надеясь, что тот чем-то нам поможет.

«Абдул Кадир» на полных парах уходил все дальше и дальше от Тиры-7. Корсарский линкор улепетывал так быстро, что даже преследующие его американцы, на более легких кораблях не могли за ним поспеть…

— Несмотря на то, что ругаешься, Го Фэнь уважает адмирала-пацана и желает ему быстрой и безболезненной смерти… Прощай, — пират попытался улыбнуться, но улыбка больше получилась похожей на оскал хищника.

Экран потух, и я даже не успел наградить своего собеседника парой тройкой сложнопереводимых слов, которыми я хотел наградить Го Фэня. Ладно, сейчас не до него, надо как-то постараться выбраться…

— Связь с «Омахой», — коротко приказал я дежурному.

— Адмирал Дрейк на связи, — ответ тот, будто ожидая моего приказания.

— Адмирал, у нас появилось небольшое окно возможностей, пока треть эскадры противника пытается догнать Го Фэня, — я внимательно посмотрел на Дрейка, на лице которого не было ни единого намека на какое-либо отчаяние или панику. Вот железный человек, вот у кого поучиться надо!