Насчет задеть — не спорю, но это только чтобы заставить ее очнуться и снова стать той огненной штучкой, которую я впервые встретил в кабинете у Виктора.

Но я никогда не стремился причинить ей боль. Хотя вот сейчас, слыша ее всхлипы за дверью ванной, за которой она снова спряталась от меня, я в этом не совсем уверен. Отшлепать бы ее как следует. Ну или трахнуть. Второе меня привлекает даже больше, чем первый вариант.

Иду в спальню Игоря за запасными ключами.

Меня вполне устроят оба варианта. Вначале отшлепаю, а потом трахну так, чтобы наконец пришла в себя. Чтобы глупости разные в голову не лезли.

Но все мои мысли вылетают в трубу, когда, открыв наконец дверь, вижу, что Малышка лежит без сознания. Черт. Планы откладываются, снова.

Несу ее вниз, кладу на диван. Обтираю лицо.

— Ну ты и стерва, — шепчу ей, пока руки заняты. — Погоди у меня. За все ответишь.

Несколько минут спустя она наконец открывает глаза. Я сжимаю руки в кулаки, боясь не сдержаться.

— Что случилось? — спрашивает Кира слабым голосом.

— Ты упала в обморок, — сообщаю ей.

— Что? — делает она круглые глаза, садясь.

— Свалилась, как кисейная барышня, говорю, — кричу я ей. — Ты прямо нарочно нарываешься, — продолжаю я. — Представь себе, если бы ты снова на эмоциях ринулась в лес, а не в ванную, а я не смог бы тебя найти, — пытаюсь я до нее достучаться. — Ты понимаешь, что могло с тобой случиться?

Кира смотрит, и по глазам видно, что не понимает.

— Как же ты меня достала, — говорю, прежде чем наклониться и впиться в ее приоткрытый рот поцелуем-наказанием.

Малышка, конечно, тут же приходит в себя и пытается его избежать. Запускаю ладонь в ее волосы на затылке и зажимаю, заставляя ее запрокинуть голову назад. Углубляю поцелуй.

Чувствую ее ладони на груди. Гнев сменяется совсем другим, более глубоким и темным чувством. Обладание. Я хочу ею обладать.

Мне нужно все.

Не отпуская ее губ, другую руку запускаю ей под футболку в поисках ее кожи.

На ней слишком много одежды. Кусаю ее за подбородок, когда она пытается отвернуться.

— Сава, — мое имя в ее устах как дополнительная порция масла в огонь, что сжигает меня, — не надо.

А вот этого я слышать не хочу.

Подминаю ее под себя. Задираю футболку и накрываю ртом ее торчащий сосок прямо через ткань белья.

— Сава, — ее крик становится громче, и уже не так категоричен. Пока ласкаю ее грудь губами, с трудом стаскиваю ее брюки, потому что она мне мешает, сжимая свои восхитительные ножки. Но меня уже не остановить.

Втягиваю в себя ее запах, как маньяк новую дозу. Какая же она вкусная.

— Господи, — шепот Малышки только подталкивает меня вниз. Туда, где я наконец хочу оказаться. Я помню ее вкус, но в этот раз я пойду до самого конца.

Больше всего в Малышке меня завораживает ее реакция на меня и мои действия. Стоит только подуть на ее кожу, как она тут же покрывается мурашками, лизнуть тут и приласкать там, как она устраивает мне целую какофонию таких изумительных звуков, которые я слушал бы и слушал.

Я тоже чувствую ее слишком остро, поэтому за секунду до того, как ее накрывает оргазм, я наконец отрываюсь от ее сладости. Сажусь на колени между ее разведенных ног.

С влажной кожей, с разметавшимися в беспорядке волосами, с лихорадочным блеском в глазах, с разведенными ножками и текущей для меня киской Малышка сводит с ума одним своим видом. Вот так она должна выглядеть всегда.

Закидываю ее ножки на свои бедра и пристраиваюсь у ее входа.

— Сава, — зовет меня напряженным голосом Кира. Но я уже зашел слишком далеко, чтобы что-то могло меня удержать.

Одним плавным движением вхожу в ее гостеприимную киску. Наблюдаю за тем, как мой член заставляет ее плоть подстраиваться под свой размер.— Какая же ты узкая, — хриплю я, наконец оказавшись в ней полностью.

Первые движения пытаюсь делать плавно, позволяя Малышке привыкнуть, но чувствую, как мой разум уплывает, оставляя только страсть.

— Больше не могу, — это единственное предупреждение перед тем, как я начинаю ее таранить.

Кира от моих толчков ходит ходуном и, инстинктивно протянув одну руку вверх, упирается в подлокотник дивана, второй же пытается удержать меня.

Меня накрывает эйфория. Вид ее полных грудей, двигающихся в одном темпе со мной, ее прикушенная в попытке сдержать свои стоны губка доводят меня до белого каления. Наклоняюсь, впиваясь в ее рот, одновременно давая себе волю. Хочу слышать, как она кричит.

И Малышка меня не разочаровывает. Ее стоны вокруг меня, во мне. Малышка кончает так красиво, что я на секунду почти забываю о себе. Только эта заминка спасет меня от того, чтобы тут же не последовать за ней. Но мне ее мало.

Закидываю ее ножки себе на плечи, вбиваясь глубже. В этот раз Кира приходит к финишу почти сразу, тем самым и меня затягивает в этот омут. Напряжение, что скопилось у копчика, взрывается молнией у меня в голове. Заставляя мой мозг потеряться вне времени и пространства.