– Приведите его в чувство.

Один из парней поднимает с пола канистру с ледяной водой и выливает все содержимое на голову батлера. Гейб приходит в себя через минуту. Отплевывается и мычит от боли. Лицо искажено уродливой неузнаваемой гримасой, хотя он и раньше не был красавчиком.

– Ты еще с нами, приятель? – я встаю так, чтобы Гейб меня видел. Он моргает в знак согласия. – Я еще раз повторяю свой вопрос. Какой приказ ты отдал своим бойцам?

– Никакого, – сплевывая кровавую слюну, батлер повторяет то, что я уже слышал. – Какой смысл мне врать? Я, блядь, больше всех хотел, чтобы тебя поставили на место Кроноса.

– То есть ты настаиваешь на том, что десять бойцов покинули шестой уровень без твоего специального разрешения?

– Разрешение было, – скрипучим голосом признается Гейб. – Но клянусь, Бут, я не знал, зачем они ей нужны.

– Кому?

– Бриане. Эта старая сука приказала выделить ей моих лучших парней. Что мне было делать? Послать?

– И ты не спросил у нее – для каких целей? – я кладу руку на рычаг, запускающий пыточный механизм, и вращаю его в обратную сторону, немного ослабляя натяжение канатов. Гейб начинает вопить на опережение, но быстро утихает, не почувствовав нового приступа разрывающей боли.

– Спросил, – быстро кивает батлер. – Бриана сказала, что они будут сопровождать опасный груз.

– Какой груз, Гейб? – подхожу практически вплотную.

– Шершней, – задыхаясь от страха, отвечает он.

– А говорил, что не знаешь, зачем они ей нужны, – качнув головой, я лениво поглаживаю металлический рычаг. Батлера сотрясает крупная дрожь, лихорадочно горящий взгляд мечется по моему лицу.

– Я не знал, куда они летят… Не знал, что за тобой. Бут, ты же меня знаешь. Зачем мне подставляться сейчас? Я, блядь, жить хочу.

– Сильно хочешь? – вкрадчиво уточняю я, вытаскивая из кармана брюк белый платок и протирая им взмокший лоб Гейба.

– Пиздец как сильно. Скажи, что мне сделать. Я докажу… – горячо убеждает меня батлер.

Жить он и правда хочет пиздец как сильно. А главное отчетливо понимает, что его жалкая жизнь сейчас висит на волоске, и я в любой момент могу его обрубить.

– Про Эйнара расскажешь? – прижав платок к уголку окровавленных губ, пристально смотрю в расширившиеся зрачки.

– Что? – хрипло выдыхает он, как-то резко сникнув.

Ну вот, а я начал верить, что мы договоримся.

– Он знал, что ему помогают выживать на стримах?

– Да, – Гейб обреченно кивает. – Но Эйнар – парень толковый. За все время Кронос дважды вносил изменения в сюжет стрима, чтобы его подстраховать, в остальном он сам справлялся.

– Ты докладывал Кроносу, что я забирал Эйнара для выполнения личных распоряжений?

– Нет, – Гейб нервно трясет головой. – Жизнью клянусь. Бут, я бы никогда…

– Хватит, – резко обрываю сбивчивую речь батлера и, бросив испорченный платок на пол, отступаю назад. – Мы закончили. Развяжите его и доставьте на медуровень, – приказываю застывшим трутням.

– Закончили до следующего допроса или это всё? – Гейб нервно дергается, когда к нему приближаются мои прилежные исполнители, которые еще час назад находились в его подчинении.

Уверен, что эти шестьдесят минут, проведенные на дыбе, Гейб не забудет никогда. Как утверждают психиатры – между палачом и жертвой очень часто устанавливается стойкая эмоциональная связь, разрушить которую без профессиональной помощи практически невозможно. И это действительно так. Подсознание Гейба благополучно заблокирует воспоминания о том, кто был инициатором пытки, и зафиксирует другие – именно я сохранил ему жизнь, хотя мог поступить иначе.

– Это всё, – сухо подтверждаю я.

– Спасибо, Бут. Ты не пожалеешь. Я тебя не подведу. – От облегчения у Гейба прорезается голос.

– Уверен, что не подведешь?

– Я за тебя любого урою, из-под земли достану и снова закопаю.

– Отлично, – киваю я. – Мне как раз нужен правильно замотивированный старший батлер на освободившееся место. Эйнар, как ты уже знаешь, меня подвел. Не повтори его ошибку, Гейб.

Пыточную Медеи я покидаю в приподнятом расположении духа. Не люблю пытать людей, но иногда этот процесс здорово помогает снять накопившееся напряжение и одновременно запускает резервные механизмы, способствующие более ясному и свежему взгляду на текущую ситуацию.

Допрос Гейба закрыл сразу несколько вопросов. Один кадровый, второй – личный. Ну и заодно снял подозрение с основного кандидата на должность старшего батлера тринадцатого уровня. Жесткое и нетривиальное получилось посвящение, но зато доходчивое и результативное.

Эйнара тоже стоило изначально с пристрастием проверить, чтобы избежать дальнейших эксцессов. Для меня он был мелкой сошкой, обычным трутнем, пусть и с высоким показателем выживаемости. Признаю, я его недооценил, или переоценил себя, но свою ошибку учел и проработал. Осталось только найти ублюдка и наказать, используя все приспособления пыточной. Почему-то я уверен, что за час мы не управимся. Растяну его агонию так долго, как смогу. Если решит сдохнуть быстро, вызову реанимационную группу. Откачают и продолжим веселье.