Так, стоп.

— Мари, это точно она?

— Но… госпожа Женевьев… вы же сказали, что…

— Вот именно, Северин не ошибается, понимаешь? — эх, жаль, что он сейчас с Анри.

Аннет же, пока мы шли к воротам, стояла возле тех ворот и запросто беседовала со стражниками. Ну как же, она же тут жила! Можно сказать, своя! А что была арестована и сбежала, ничего?

Один из стражников поднял факел, и я увидела… в общем, самое то, что должна была. У Аннет не имелось тени. А ещё она, если приглядеться, не на земле стояла, а… как бы парила над землёй. Сантиметрах в пяти.

Куда они смотрят, идиоты?

— Прикройте меня на секунду, — я спряталась за Мари и Готье, и дёрнула из сумки зеркало. — Дуня, всех магов, какие есть, в наружный двор, тут нежить. Аннет нарисовалась.

— Идём, — просто сказала Дуня.

И я ни на миг не усомнилась, что сейчас придут.

— Так, а теперь оба за спину, — я спешно вспоминала, как строят защиту, и колдовала её на себя. — А ещё лучше — пойдите встретьте Дуню, да расскажите, что у нас тут.

— Но госпожа Женевьев… — попробовала пискнуть Мари.

— Жить хочешь — иди немедленно! — рявкнула я. — Я, всё же, маг, и сейчас подойдёт подмога!

Тем временем Аннет о чём-то смеялась со стражниками, говорила… до меня долетал только звук голоса, разом похожий и не похожий. И с изумлением я увидела, как болваны стражники отпирают ворота!

— Что вы творите, идиоты, запереть немедленно! — завопила я.

И тут она увидела меня. Мгновенно преодолела разделяющее нас расстояние, попыталась схватить… вляпалась с размаху в защиту, защита заискрила, да ещё и вспыхнула красным — точно, я подарок Анри не снимаю ни днём, ни ночью.

— Ты, — прошипела она, тряся рукой. — Никакая защита тебя не спасёт! И никого здесь не спасёт! Они поверили, что я приведу их внутрь, и так вышло! Меня вспомнили и пустили! Я сказала, что привела подкрепление, и меня послушали! А кто не хотел пускать, тот уже не жив!

Сейчас я отчётливо видела, что она — с той самой разбитой головой и следами пальцев на шее. Интересно, кто её тогда, ночью?

— Спасёт, — улыбнулась я, хоть и жутко было на неё смотреть. — У меня есть опыт с нежитью и тёмными тварями. Кто тебя убил, раскрой тайну?

Она зарычала, прямо вот зарычала.

— Доримо меня убил, пришёл ночью и убил, побоялся, что я и его сдам, что обещал мне помощь, жизнь и свободу! Дождался, пока все уснут, и пришёл, скотина!

Да просто получил всё, что хотел, и избавился от тебя, да и только.

— А вот не надо было никого сдавать, понимаешь? — вздохнула я.

Связала её взглядом — видела, так делали опытные маги, а тем временем призвала воды и нагрела, и швырнула ведро кипятка прямо в разбитую рожу. Она завыла тоненько, завертелась на месте, а потом как подпрыгнет, да как стряхнёт с себя всё!

— Теперь я точно вижу, ты не она! Она никогда бы так не сделала! Она бы поделилась, она не бросала своих, для неё годы службы не были пустым звуком! А ты назвалась её именем, да и только, но имя — это ещё и обязательства!

Тем временем у ворот разворачивалась какая-то очень нехорошая ерунда, потому что какого чёрта их вообще открыли! И ведь никого из главных дома нет, никогошеньки, кто б приказал-то командным голосом, чтоб послали далеко всех пришлых и заперли ворота снова.

— Молчи, предательница, — отмахнулась я. — Таких, как ты, только в тёмные твари и берут! Немедленно вон отсюда, или ещё сейчас получишь!

Невнятный возглас за спиной, и рядом со мной становится Меланья. Под защитой, умница. А за её спиной — божечки, Амандина! Она ж не умеет ничего!

Или умеет? Берёт — и прицельно бьёт из-за спины Меланьи, попадает Аннет аккурат в лоб.

Дуня становится с другой стороны, и тоже бьёт, но не по Аннет, а куда-то дальше, зашвыривает несколько огненных плюх к воротам, оттуда несутся вопли.

Портал, я вижу, не схлопнулся, и оттуда, мать честная, выхрамывает, не подберу другого слова, Жанетта, холера такая, не лежится ей, видите ли! Её придерживает Фелисьен.

— И мы дали знать герцогине Вьевилль, она просила позвать, если будет нужда, — сообщает он.

Следом выскакивает десяток мальчишек — те самые, которые учились вместе с Меланьей и Амандиной у Жанны и других. Выходит с ружьём Мадлен де Мар — двое из тех мальчишек её сыновья, она на них покрикивает, чтоб не лезли без толку вперёд. А потом Фелисьен перезапускает портал, и во двор шагает герцогиня Вьевилль — в мужской одежде, в шляпе с перьями и с пистолетом за поясом, с ней пара десятков человек.