Шрифт:
Жесткий вопрос застал врасплох, Млый помотал головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.
— Разве ты пришел в Навь за этим? — не унимался Сторожич.
— Очутился я здесь по глупости, — неохотно согласился Млый. — Я многого тогда не понимал. Сейчас же хочу просто отдохнуть от всех недавних приключений. Не забывай — я всего лишь человек.
— Вот это уж точно, — дасу встал и посмотрел в сторону площади. — Мне кажется, что сопровождать тебя в твоих скитаниях по городу, только зря тратить время. Ты пока делаешь все что угодно, лишь бы не следовать моим советам. В последний раз спрашиваю: ты готов из города уйти?
— Не сейчас, попросил Млый. — Дня через два-три.
— Значит, через два-три дня и встретимся, — спокойно сказал Сторожич. Посмотрим, как ты тогда запоешь.
Дасу ушел, не оглядываясь. С берега Млыю хорошо было видно, как сторонятся его прохожие.
ГЛАДИАТОР
— А неплохо ты, Темный, прикинулся путником у ворот города. Млый так ничего и не понял.
— Зато все хорошо понял Сторожич.
— Да, ты рисковал. Дасу мог убить тебя одним взглядом.
— Не так уж велик был риск. Даже дасу побоится мешать Марене поступать, как ей хочется. А ей явно для чего-то нужен Млый. Иначе бы она не стала с ним так долго возиться.
— У Сторожича и Марены разные виды на этого Другого, но в чем-то они солидарны.
— Вот нам бы и разобраться в этом. Не ровен час, попадем впросак.
— Мы и так уже давно ходим меж двух огней. Неизвестно, какое из зол лучше.
— Но оставлять в покое Млыя ты не намерен?
— Ни в коем случае!
На этот раз уход Сторожича не очень огорчил Млыя, ведь тот сказал, что непременно вернется через два или три дня. А этого времени вполне хватит, чтобы отдохнуть, набраться сил, развлечься…
Млый почувствовал себя как ребенок, наконец-то избавившийся от назойливой опеки взрослого.
Он внимательно вгляделся в толпу народа. С чего начать? Есть больше не хотелось, но как заманчиво открыты двери трактира. Изнутри слышатся музыка и голоса, раздается женский смех.
Нерешительно потоптавшись на пороге, Млый все же не удержался от соблазна — вошел. С его появлением и музыка, и разговоры разом смолкли.
Привыкая к мрачноватому освещению — окон в трактире не было, горели лишь масляные лампы, подвешенные к потолку, да открытый очаг — он постоял у входа.
— Эй, путник! — раздался голос от ближайшего стола. — Садись сюда.
Мужчина с одной белой бровью, тот самый, что встретился около городских ворот, сидел за столом один. Перед ним стояли приличных размеров кувшин с вином, тарелка с солеными маслинами, хлеб и полголовки сыра.
— Садись! — повторил он и для убедительности хлопнул ладонью по свободной табуретке. — Козу продал, — доверительно продолжил он, приблизив к Млыю лицо так, что тот почувствовал острый запах чеснока. — Гуляю! — И, обращаясь к настороженно замолчавшей публике, продолжил: — Этот путник пришел в город сегодня. Выпьем за его здоровье!
— Выпьем, если он купит нам вина! — отозвался хриплый голос из темноты зала. — Отчего не выпить за хорошего человека!
— Заплати им, — предложил мужчина. — Расход невелик, зато приобретешь сразу много друзей.
— Но у меня нет денег, — для достоверности Млый похлопал по карманам куртки.
— Зачем же ты зашел сюда? — удивился его собеседник. — Ладно, за тебя рассчитаюсь я. Отдашь потом. Всем вина! — крикнул он трактирщику.
Млый понял, что опять сделал что-то не так, упрекнул себя за неосторожность и уже направился к выходу, когда незнакомец поймал его за рукав.
— Нет, так дело не пойдет. Я поставил за тебя всем выпивку, а ты уходишь. Посиди со мной, поговорим.
Прикинув, что лучше не вызывать дальнейших недоразумений, Млый присел на табурет.
— Ты откуда? — спросил мужчина и плеснул в чистую кружку, немедленно поставленную юрким мальчишкой-половым на стол, вина из кувшина. — Как тебя зовут? Меня все называют Темный, — первым представился он.
— Я пришел оттуда, — Млый неопределенно махнул рукой куда-то в сторону. — Он понял, что правдивые объяснения ему здесь вряд ли помогут, впрочем, так же как и опрометчивое вранье. Лучше быть немногословным.
— Ты — горец! — утвердительно продолжил за него Темный. — А как зовут?
— Млый!