Что я делаю…

Что сделала…

Прошло не меньше минуты, прежде чем явно ошарашенная Рокки наконец отреагировала на мою откровенно сумасшедшую тираду:

– Достаточно было выбитого зуба соседского мальчишки, – выдала совершенно неожиданное она, после чего сказала уже с совершенно другой, более высокой интонацией: – Что с тобой произошло? – она дала мне время на ответ, но я вдруг не нашла слов – как будто все выговорила. – Ты кому-нибудь еще сказала?

– Нет.

Отлично. Одно слово. Отрицательное, но слово.

– Что это? – она обдала меня с ног до головы неоднозначным взглядом и произвела движение ладонью в пространстве между нами. – Переселение души?

– Вакцина Боффорта.

– Того самого Арми Боффорта, который…

– Который всё же смог открыть вакцину, способную омолодить человеческий организм.

– Но ведь он умер. Весной этого года. И никакой вакцины не оставил… Я что-то видела краем глаза в новостях… Боффорта больше нет.

– Как и Мирабеллы. Хотя нет, не так, но её тоже нет… Теперь есть я. Рашель.

– Рашель? Используешь своё второе имя?

Она признала меня! Если кто-то и смог бы поверить в то, что я – это я, даже не зная о том, что мне была завещана вакцина Боффорта, тогда на это была способна только Рокки! Я не сомневалась в ней, но всё же как было радостно услышать, что она так быстро поверила мне! Но это слишком опасно! Нужно её предупредить:

– Никто из наших родственников не должен знать о том, что со мной произошло. Я открылась только тебе.

– Почему?

– Потому что ты сказала, что любила меня…

– Все остальные тебя тоже любили…

– Нет.

– Конечно да!

– Геральт и Шон, безусловно, но их больше нет. Другие, да, тоже любили, но когда-то давно и совсем не ту Мирабеллу, которая осталась им в конце. Я постарела и стала ненужной, рассыпающейся в прах обузой… Ты не можешь знать, тебя ведь не было рядом. Любовь моих детей и внуков давным-давно исчерпала себя. Её не стало раньше, чем не стало Мирабеллы.

– То есть не стало тебя, – она взмахнула указательным пальцем, словно дирижер палочкой. – Ты хоть понимаешь… Понимаешь, что последние три месяца я верила в то, что тебя больше нет? Родственники из Вермонта даже не удосужились вовремя сообщить мне о твоей кончине – кузина Керри позвонила мне на следующий день после твоих похорон!

– У меня были похороны?!

– Символические. С пустым гробом. По крайней мере, я владею такой информацией и больше ничего не знаю об этом – в подробности меня явно не захотели посвящать. Всё, что мне было рассказано: ты якобы случайно выпала из лодки и якобы твоё тело не нашли из-за того, что его отнесло из озера в вытекающую из него реку… Объясни.

– Нет, лучше ты мне объясни. Я не понимаю, почему ты собираешься сдавать комнату в собственной квартире, когда ты должна быть богата.

– С чего бы вдруг мне быть богатой? Конечно, однажды, но не сейчас – сейчас я только стартую…

– Я оставила наследство.

– Какое ещё наследство? Вы с дедом не были из богатых.

Как приятно, что она признаёт меня! Но что она такое говорит?! Из-за её слов восторг и ужас одновременно сошлись в моей душе. Опасаясь недоговорок, я оттарабанила очередную длинную речь, на сей раз о том, что именно со мной произошло, и о том, что, стирая свою первую личность, я завещала Рокки по пятьдесят тысяч долларов от доли Джерри, Тиффани и Закари.

– Так что же ты сделала со своими деньгами? На что ты их потратила? – наконец подытожила пятиминутный залп слов я.

– Ни на что я их не потратила.

– Значит, положила на накопительный счет? Но это же нелогично! Деньги должны циркулировать, они не должны лежать, особенно когда тебе есть куда их вложить! Имея сто пятьдесят тысяч в кармане, ты можешь такое сделать… Если этой суммой верно распорядиться, ты сможешь достигнуть большей свободы, чем у тебя есть сейчас! Но чтобы увеличить своё финансовое положение, ты готова пустить жить под крышу своего дома совершенно незнакомого тебе человека… Неужели ста пятидесяти тысяч оказалось мало?!

– Что ж, спешу тебе сообщить, дорогая бабушка, которая не поспешила сообщить мне о том, что она вовсе не мертва и мне не стоит горевать по ней… Так вот, спешу тебе сообщить, что твои дети никакого наследства мне вовсе не передавали. Я впервые слышу от тебя о том, что ты мне что-то там завещала. Ты умерла из-за несчастного случая и, очевидно, небогатой – это всё, что мне известно о твоём уходе в лучший мир. Прости.

– Прости? За что?.. – я спрашивала не её. Я вообще не о том спрашивала. Я спрашивала о том, за что… За что мои дети могли поступить так с моей единственной родной внучкой… Со мной. Неееет… Нет, они не могли! – Не может того быть, Рокки! Не может быть! Они не могли специально… Видимо, что-то пошло не так. Позвони им! Позвони прямо сейчас и спроси! Ну же!..