— Что-то не так?

— Нет, — я покачал головой. — Все хорошо. Просто очень устал. Пять часов просидеть на траве и не уснуть — это не шутки.

— А Нэко, как я понимаю, ушла? — хмуро поинтересовался подошедший енот. — Мы с Эйкой ее больше не чувствуем…

— Да, ушла… — я вздохнул и ободряюще улыбнулся. — Но она скоро вернётся. Вернее, они…

— Они?! — енот ещё больше нахмурился. — Кто «они»? Ты точно в порядке?

— Они — это Ата и моя нерожденная дочь, — пояснил я и, дождавшись, когда все подойдут, коротко рассказал о том, что случилось в астрале.

Наверное, полгода назад от такого рассказа народ бы слегка охренел, но сейчас все вроде как пообвыклись. Да и чему, собственно, удивляться, когда стоишь под волшебным деревом, возле огромного черепа, хозяин которого недавно пытался тебя убить? В общем, из благодарных слушателей у меня остались только Мика и Асука. Ну и, наверное, ещё Иоши. Обе оками слушали с открытыми ртами, а енот по ходу рассказа перестал хмуриться, а под конец — так вообще пару раз улыбнулся. Ну да… Сказку-то он Нэко так и не рассказал, но ничего — скоро исправится. Будет у него благодарная слушательница.

Закончив говорить, я ответил на пару вопросов, затем поведал ребятам о планах на ближайшее время и отправился к верне, которая лежала на траве возле Сеичи Дзингу.

Она была прекрасна. Огромная, хищная… С угрожающе загнутыми клыками, шипами и гигантскими крыльями.

Я шёл к своей верне и чувствовал себя мальчишкой, которому родители подарили настоящий боевой истребитель! Сколько всего передумал за эти месяцы… Расстраивался, считая, что Берюта погибла… Но все хорошо! Моя верна жива! Она вернулась! И мы с ней ещё полетаем!

Почувствовав мое приближение, Берюта подняла голову, открыла глаза и наши взгляды встретились.

Улыбнувшись, я прошёл под нижней челюстью верны и, обняв ее за шею, упёрся лбом в прохладную чешую.

Вот даже не знаю… Берюта весит несколько тонн, и шея у неё в пару моих обхватов, но по ощущениям — словно обнял большую собаку. При этом верна любит, когда я ее вот так обнимаю, и ещё — когда чешу за ушами. Скребу, в смысле, ногтями по чешуе, которую не пробьёт ни одна стрела. Очевидное невероятное… М-да… По-другому не скажешь.

— Здравствуй, Старший… Я рада, что ты пережил эту битву, — послав калейдоскоп образов, верна осторожно опустила голову на траву. — Ты отрезан от Силы, и я очень переживаю.

— Все будет хорошо, — мысленно произнёс я и, усевшись, привалился спиной к шершавому драконьему боку. — Нам ведь осталось совсем немного… Нужно уничтожить Источник Тьмы и разбудить Древо Судьбы. Вот как раз насчёт Источника я и хотел с тобой говорить.

— Да, я его чувствую, — верна шумно выдохнула и послала образы сомнения и опасения. — Но тебе не кажется, что Источник — это ловушка? Как тогда — четыре тысячи лет назад?

— Все возможно, — я согласно кивнул. — Однако он появился задолго до нашего с тобой возвращения. Так что вряд ли Сэт с Сегетом предполагали, что мы попытаемся его уничтожить. То есть, если кого-то и ждали — то точно не нас.

Впрочем, это не означает, что Змей не попытается устроить засаду. Только кого он отправит? Все четыре Владыки потеряли материальное воплощение и вернутся не скоро. Сам Сэт не придёт, ну а с любой другой тварью мы с тобой справимся. К тому же у нас нет вариантов. Ведь только мы с тобой способны уничтожить эту мерзость. Ну разве что боги помогут, только в это верится слабо…

Голова натурально раскалывалась. Послать столько образов сразу после такого долгого перерыва — это как перерешать треть английского учебника математики, переводя задания со словарем. Нет, так-то образы создавать несложно. Гораздо труднее собирать из них послания. Мозг цепляется за слова, а это, скорее, кадры из фильма. Впрочем, мастерство не пропьёшь, и что когда-то умел — вспомнится. Башка вот только раскалывается…

— Да, Старший! Выбора нет, и мы это сделаем, — верна издала глухое рычание и послала мне образ решимости. — Стая поможет уничтожить мертвых на ярусах перед Источником. Только скажи: когда мы летим?

— Не знаю точно, но в ближайшие дни — как только объединённая армия подойдёт к границе на севере, — я помассировал пальцами виски, пытаясь унять боль, откинул голову на прохладную чешую и устало прикрыл глаза. — Мне сейчас не очень легко говорить, поэтому рассказывай ты. Что происходило в последние дни? Как Стая? Всех ли получилось вернуть?

Как выяснилось из рассказа Берюты, ей удалось пробудить пятьдесят семь соплеменников. Ещё восемь остались в каменном сне, но они очнутся, когда проснётся Древо Судьбы и Тьма покинет Северный Лес.