– По вечерам два-три раза в неделю я провожу йогу для арендаторов. Это благоприятно влияет на климат в коллективе и репутацию нашего бизнес-центра.

Ордынов заинтересованно подался вперед, переплетя пальцы рук на столе у меня перед носом, пришлось еще немного отодвинуться. Хорошо, что мягкий ковролин облегчил скольжение, а вместо традиционных ножек у стула оригинальные полозья. Представляю, сколько стоит такая дизайнерская модель…

– А что за йога у вас? Дышите сообща, песни поете и читаете какие-то мантры?

«Кажется, он путает нас с кришнаитами, которые иногда в национальных одеждах ходят по улицам города и стучат в маленький барабанчик. До чего же дремучий тип! Со своими акциями ничего не знает о простой хатха-йоге…»

– Я веду занятия по методике Айенгара. Правда, я не досконально следую всем его рекомендациям…

– А кто такой Айенгар? – перебил Ордынов. – Ваш гуру? Он тоже здесь появляется?

«Ну, простите…»

– Айенгар родился одиннадцатым ребенком в бедной индийской семье, был слаб здоровьем, но изучал йогу, много занимался и на себе ощутил пользу этой системы. А потом начал учить людей по всему миру оставаться здоровыми и сильными. Он умер в 2004 году. Но до конца дней сохранял острый ум и бодрость, – протараторила я.

Ордынов скептические ухмыляется. Может, я говорю недостаточно убедительно?

Пришлось вытащить из сумочки брошюру с фотографиями асан. Я только хотела показать, что мы собираемся ради физических упражнений, а не сомнительных духовных практик.

– Стоп! – Ордынов протянул руку к моей помятой книжице. – Что это написано на обложке – БКС?

– Это его имя, – растерянно протянула я. – Беллур Кришнамачар Сундарараджа. Звучит сложновато, согласитесь. Айенгар проще…

– «Б…К…С», – задумчиво протянул Ордынов, плотоядно прикусив нижнюю губу. – Компания конкурентов. А-р-р!

– Каких конкурентов? – прошептала я.

– Моих разумеется, не твоего же Айенгара, – резко бросил Ордынов, крутанувшись на стуле так, чтобы в поле зрения попал монитор на стене.

Я и не заметила, как в руках Ордынова оказалась лазерная указка и переключатель. Вместе с ним я как завороженная уставилась на хребты и провалы графиков, на список громких названий сбоку: «Лукойл», «Газпром», «Сбербанк», «Сургутнефтегаз», «Башнефть»…

– Зря я вчера избавился от ВТБ, он сегодня еще четыре процента сделал, придется просадки ждать… А Сбер что творит, мерзавец… Дина, смотри сюда, вот эта конфигурация – коридор движения, клин наверх… уходит в район двухсот сорока трех, понимаешь?

Честно сказать, я вообще ничего не понимала, и как прилежная ученица чувствовала некоторую досаду и смущение. Ордынов поманил меня к своему креслу, схватил за руку, повыше локтя и вдохновенно ткнул пальцем в монитор, приглашая полюбоваться на плавные изгибы графика.

– Это как белый флаг – предвестник падения, видишь? Красиво идет… А вот пасть аллигатора, смотри, полосы Боллинджера Бандса…

«Он всерьез собирается обучить меня биржевым хитростям за три минуты? Я и за год не осилю эту казуистику. И даже не собираюсь вникать! Очень надо!»

Мой взгляд загнанно метнулся по кабинету в поисках спасения и остановился на кипе распечатанных листов с мудреными терминами.

– А кто такой Доу Джонс?

– Важный показатель американской экономики, – горячо откликнулся Ордынов. – Отражает суммарную стоимость тридцати крупнейших компаний. Показывает риски и перспективы. Тебе интересно?

Он прищурился, ласково поглядывая на меня снизу вверх из кресла. Я вежливо кивнула, тяжело вздохнула и выпрямилась, освобождая руку из цепкого захвата ордыновских пальцев. Я только что поняла – нашего босса дико заводят разговоры о фондовом рынке. Он просто помешан на акциях и фьючерсах. Он молится на неведомого мне Доу Джонса. Глаза горят, лоб вспотел… Надо срочно ответить что-то нейтральное.

– Хорошо, когда находится дело по душе. Еще и прибыль приносит. Поздравляю, Роман Денисович!

– А что с твоим Айенгаром? – немедленно озаботился он. – Девчонки много платят за уроки?

– Н-нет… я просто так провожу занятия. Это хобби пока. Я еще учусь.

– Значит, напрасно Тамара панику наводила. «Секта, секта!» – снова передразнил он и на мгновение стал похож на озорного мальчишку.

Но я ухватилась за его хорошее расположение. Неизвестно сколько продлится, вдруг через минуту Доу Джонс козью морду состроит и графики перевернутся кверху дном. Тогда благодушный босс превратится в настоящего монстра из преисподней.

– Роман Денисович, вы разрешите нам продолжить встречи на пятнадцатом этаже? Мы следим за помещением, с нами даже Вика из приемной Тамары Леонидовны занимается.

– Хм… – Ордынов напустил на себя важность, но я видела, как подрагивают губы в улыбке. – Ладно, с Тамарой я этот вопрос решу. Дина, у меня есть к тебе небольшое дельце. Просьба скорее. Ты свободна сейчас? То есть сегодня днем?

– Эм-м, я… м-м… смотря для чего…

«Нет-нет-нет, я не собираюсь идти к нему в биржевые ученицы! Это ужасная скука и суета. Я никогда не разберусь в этих чудовищных графиках-крокодилах!»