– Эй, ты… иди купи у Глашки самогона и приходи, – раздался хриплый голос колдуньи.

Татьяна так и сделала, нашла в деревне Глашку и, купив мутную жидкость, зашла в избу. На кровати полулежа сидела хозяйка.

– Давай, – протянула она грязную руку к бутылке, – сесть не предлагаю, некуда.

Старуха с жадностью сделала три крупных глотка, опустошив половину бутылки.

– Слушай и не перебивай, дважды повторять не буду, некогда мне тут с тобой возиться. Знаю, зачем пришла, беда твоя находится в коробочке, в которой брошка лежит, что по наследству тебе досталась… Её твоей бабке подружка подарила, а брошка эта заговоренная на беду, вот со всеми вами и идёт рядом беда… И дочка твоя бедолагой проживёт и помрёт. Избавься от броши, а если уж сильно она тебе дорога, то сделай вот что…

И колдунья начала подробно рассказывать, отхлебывая из бутылки, как избавиться от этой беды.

Татьяна не просто слушала, она впитывала в себя каждое слово колдуньи. И наконец та закончила.

– Иди ещё бутылку принеси и проваливай, – что Татьяна и сделала.

По возвращении домой Татьяна сделала всё в точности, как сказала колдунья. А через месяц снесла брошку в ломбард – все равно носить не буду.

С тех самых пор всё у неё заладилось. Здоровье стало намного лучше, даже румянец на щеках появился и глаз загорелся. Мужик нашёлся заботливый да работящий. У дочки память наладилась, и школу она уже отличницей закончила. Ну, как в сказке жизнь пошла.

Всё стало хорошо в этой семье, чего и вам всем желаю.

Ну, а если вам в жизни не везёт, то подумайте и приглядитесь, а нет ли в вашем доме старых вещей, перешедших по наследству…

Кот с причудами

Я частенько к соседке нашей бабушке Маше захожу. Как в магазин соберусь, так и звоню к ней в дверь. Вдруг надо чего. Ну, а кто ей поможет? Сколько я себя помню, всё это время одна она живёт. А ведь годков ей немало уже, восемьдесят семь летом исполнилось. Вот и в тот морозный вечер собрался я до магазина прогуляться. Звоню к ней в дверь. Долго ждал, пока она до двери шла. За это время можно в магазин сходить и назад вернуться. Ну, делать нечего. Открывает.

– Проходи, соседушка, проходи. Дверь-то прикрой.

Она всегда забывала, как меня звать, поэтому соседушкой звала.

– Ты кота моего Ваську не видел? – спрашивает.

– Да нет, – отвечаю, – не видел. А что, сбежал? Он же вроде домашний у вас.

– Да поругались мы. Поссорились.

– А что такое? Натворил чего?

– Крупу у меня рассыпал. А я ведь нагнуться-то не могу, чтобы подмести. Ну, я его ругать?

– А он? – спрашиваю, сдерживая улыбку.

– Ну что он… Мяу, говорит. Мяу-мяу.

– А вы?

– Ну, я взяла тапок и в него запустила.

– Значит, за тапком смогли нагнуться?

– Ну, это я в сердцах. Не помню даже, как нагнулась.

– Ну, а кот чего?

– Чего-чего. Кот в спальню, я за ним. Снимаю второй тапок, а он прыг на стену и исчез. Насколько я помню, за стеной-то кухня твоя?

– Да, – сдерживаю я смех, – моя кухня.

– Так ты сходи, посмотри, не у тебя ли на кухне Василий мой сидит.

Тут я не сдержался и брызнул со смеха.

– Ты пойди посмотри, – не меняется лицом старушка, – смеяться после будешь.

– Ладно, – вытираю я слёзы от смеха, – думайте пока, что вам купить, а я схожу посмотрю.

Старушка выпустила меня, а дверь свою не закрывает, смотрит, чтобы я её не обманул, а вошёл в свою квартиру и посмотрел её кота. Пришлось зайти домой. Прохожу на кухню… Вы не поверите, на табурете кот Васька сидит и грустными глазами на меня смотрит. У меня прямо шок случился. Двинуться с места не могу.

– Ну что, нашел? – слышу я голос бабушки Маши. – Неси сюда Ваську-то.

Я беру кота ватными руками и на ватных ногах несу его старушке. Старушка приняла кота и ласково прижала к себе.

– Если только молочка Ваське принеси. Молоко кончилось. А больше ничего не надо. А ты чего бледный такой? А грустный чего? Только что весёлый ведь был. Радоваться надо, что Василий нашелся, а не грустить.

Хотите верьте, хотите нет, но именно так всё и было.