– Я - с достоинством объявил Мик, - ориентации не менял. Вот с Кошкой я бы с великим удовольствием!

Кошка еще скучающе вела глазом, а сидевший напротив Шустрик, откинувшись назад, описал ногой в старой кроссовке дугу в миллиметре от миковской физиономии. Поднялся ветер.

– Базар фильтруй, Мик, - сказал вполне миролюбиво, - а то как бы тебе бороду не обрили!

– Кстати, - сказал рослый парень, остановившийся у стола с бутылочкой пива, - а как у нас отыгрывается изнасилование?

Кошка откинула голову, окидывая его взглядом: волевая челюсть, крепкий лоб...

– Мик, а как у нас отыгрывается отрезание яиц?

Первым ухнул Мик. Потом заржал весь стол. Парень - делать нечего усмехнулся тоже, постоял еще, выжидая приличествующую паузу, и отошел.

Игра, как обычно, началась до Игры. Уже заключались пакты о ненападении, скупщики сулили большие барыши, уже дипломат и интриган Шустрик уходил и говорил с известными и неизвестными людьми; возвращался очень довольный, вклинивался в беседу, выпивал и снова исчезал. Мик только отмахивался от игроков, пытающихся что-то уточнить у него по Правилам:

– К командным мастерам, дети мои, к мастерам!

В голове было пусто, звонко и гулко. Кошка вертела стакан и размышляла, почему такие дозы не валят ее с ног. Обычно ей хватало одной рюмки.

– А помнишь, - говорил Мик, приобняв ее за плечи, - первые Хоббитские? Ельфы...

– Пильфы, - отсутствующе вставил Улыбка.

– ...орки, Фродо, - зажмурившись, мечтательно продолжал Мик. Колечко... песня! Эх, где наши годы молодые!

Кошка на самых первых ХИ не была, но коль пришла мастеру охота поностальгировать, слушала с удовольствием.

– То-то я смотрю, ты точно такие игры и делаешь!
– язвительно заметил Арнольд, у которого алкоголь наконец добрался до головы и начал портиться характер.
– Гибрид "Зарницы" с п-пейнтболом!

– А что? Игры всякие нужны, игры всякие важны... Пусть человек лучше здесь оторвется, чем на твоей башке в подворотне!

– Психотерапеут ты наш! Бла-адетель!
– пропел вернувшийся Шустрик.

– Понимаешь, - говорил Улыбка, потирая покрасневшее ухо, - у меня такая работа.. в общем, я всегда должен быть в форме.

Кошка кивнула.

– Метрдотель?

Улыбка хмыкнул.

– Ну, где-то рядом...
– ей пришлось податься через стол, потому что над левым ухом продолжали дискутировать два гиганта.

– А мне это уже - вот где! Особенно после Игры - так, знаешь, хочется что-то изменить...

Кошка знала. Два года назад после Игры она наконец подала на развод с Романом и, как ни странно, до сих пор об этом почти не жалела.

– Ну вот и...
– Улыбка вновь потер ухо. Кошка отвела его пальцы.

– Спиртом протирай.

– Водкой можно?

– Хоть пивом

Пьяная идиотка, подумала Кошка, обнаружив, как уютно устроилась ее рука в улыбкинской теплой, бьющей током ладони. Правда, дальше самокритики дело не пошло...

– Ну и как на это посмотрели на твоей работе?

Он засмеялся:

– Радостно!

Кошка представила, как приходит на работу в ярко-розовых "бермудах" и ядовитой "кислотке" с вырезом до пупа и завистливо вздохнула:

– Везет же некоторым! У нас сурово - юбка до колен, чулки.

Капитан медленно улыбнулся:

– Чулки? Чулки - это здорово...

Кошка встретилась с ним глазами и чтобы отвлечься, прислушалась к общему разговору. Общий разговор меж тем катился по излюбленной колее - а почему же мы все-таки играем?

– В жизни скучно, - говорил Мик, хрустя огурцом. ("Говори за себя" вставка от Арнольда.) - Хочется адреналинчику. А повысить можно по-разному. Геймы компьютерные адреналин повышают? Повышают. Удовлетворение есть? Есть - если выиграешь. Жизненный тонус - ноль. Или вот, к примеру, дали тебе по башке в подворотне...

Улыбка хмыкнул:

– Видно, часто ему в подворотне прилетает!

– Оно и заметно!
– поддержала Кошка.

Мик продолжал:

– ...Адреналин? Повысился. Удовлетворение? Есть - если ты мазохист. Жизненный тонус? Нулевой. И что мы имеем в итоге?

– А в итоге мы имеем тебя, Мик, и твои "Зарницы"!
– сообщил вновь объявившийся Шустрик.
– Будь здоров! Хорошо, что тебя по жизни никто как следует не удовлетворяет!

– А ты зачем на Игры ездишь, Арнольдик?

Арнольд подумал, повел могучим плечом.