— А это — инвестиции в будущее.

Лиза помолчала, подумала.

— Но вчера же ты обошелся китайской лапшой? Можно и сегодня сделать так же.

— Лапша — это когда нет ничего другого. Быстрый и дешевый способ набить желудок. Но удовольствия она не доставляет. И пользы не приносит. А вот эти полуфабрикаты, — он указал на яркую упаковку, — их надо лишь разогреть — и готов ужин. Не только питательно, но и вкусно.

Девушка подумала еще пару секунд.

— А ты взял еды на двоих?

— Естественно.

— Тогда… тогда с меня дорогие вкусности к чаю.

— Замётано! И еще с тебя конструкт уменьшения веса. Ты вчера его так и не показала.

Вечером, находившись за день, Лиза сидела в комнате Олега и отдыхала душой и телом. Разогретый в микроволновке рис с курицей действительно оказался намного лучше китайской лапши. Сама же она добавила к столу большой пузатый заварник и собственноручно заварила в нем хороший, дорогой китайский чай. К чаю был припасён целый пакет засахаренных фруктов, тоже не из дешевых.

С цукатами на кровати было бы некомфортно. Сахар — штука такая, за ним не уследишь. Как ни старайся, а несколько крупинок всё равно просыплется мимо. Поэтому чай пили за столом.

Лиза, переодевшись в свободные бриджи и домашнюю футболку, откинулась на стуле, вытянув гудящие ноги: всё-таки пройти сегодня пришлось изрядно. Время от времени она утаскивала из пакета дольку апельсина или кусочек ананаса и отправляла в рот, запивая глотком действительно хорошего чая.

— Да, за чай тебе спасибо, — подтвердил Олег. — с пакетиками не сравнить. Но я человек ленивый, мне будет неохота заваривать его каждый раз, да со всеми ритуальными нюансами. А потом ещё и чайник мыть. Раз в неделю, под настроение — куда ни шло. А на повседневку сойдут и пакетики.

— Ну что ты говоришь! Как можно променять такое удовольствие на какие-то там пакетики! — возмутилась Лиза. И, кстати, мне совсем не лень будет заваривать чай, пусть даже дважды в день.

— Это замечательно. Но подумай: через неделю кончатся каникулы и начнется учёба. И будет ли у тебя время на все эти реверансы с заваркой? А силы? К тому же понаедут другие девчонки, ты заведешь себе подружек и будешь проводить время с ними. Нет, мы с тобой неплохо задружились. Но если ты примешься игнорировать всех остальных ради моего общества, это вызовет как минимум, недоумение и пересуды. И как скоро какая-нибудь сволочь накапает твоей мамочке, о том, что ты распутничаешь напропалую?

— Но я ведь…

— Естественно. Но есть такая порода людей, для которой нет больше счастья, чем сделать человеку гадость. А потом радоваться, глядя на его мучения. Их немного, но по закону подлости в нашей группе хоть одна с… сволочь найдется. Но я, собственно, не об этом. А о том, что пусть в будние дни будет будничный чай, а в выходные — хороший, праздничный, правильно заваренный в красивом чайнике.

Ответить Лиза не успела. Дверь распахнулась, и в комнату развязной походкой вошел парень. Хорошо, даже богато, одетый, с нагловатой улыбочкой на холёном лице.

— Привет, у вас, я чую, едой пахнет, — с порога заявил он и шагнул прямо к столу.

— Ты опоздал, все уже съедено. Так что свободен.

Ответ Олега был максимально холоден. Но парень, его слова начисто проигнорировал.

— О, вкусняшки лопаете! — обрадовался он, цапнул со стола пакет и завалился с ним на кровать. Выгреб горсть цукатов и запихнул их в рот.

— Убавь его вес, — шепнул Олег Лизе, — только незаметно.

— Готово, — ответила она несколько секунд спустя.

Тем временем парень прожевался и вновь запустил руку в пакет.

— Я Александр Орлов, — объявил он. — А вы кто?

Одним шагом Олег оказался возле кровати. Одной рукой забрал у нахала пакет с остатками сладостей, а другой ухватил за шиворот и вздернул вверх. Парень смешно забарахтался в воздухе, тщетно пытаясь достать стоящего за спиной обидчика.

Песцов донёс вторженца до дверей и, чуть размахнувшись, выбросил в коридор.

— Ой!

Лиза прижала к губам ладошку.

Радиус действия её конструкта был не слишком велик, и на коридор его не хватило. Так что в траекторию полета нахала вмешалась земная гравитация.

— Ну вы у меня попляшете, — прошипел Орлов, зажимая разбитый об пол нос.

— Что, папочке нажалуешься, курёнок? Если захочешь сатисфакции — по правилам гимназии, на полигоне, всегда к твоим услугам. Буду рад отправить тебя в лазарет на недельку-другую. И запомни: отныне вход в мою комнату для тебя под запретом, даже если это будет вопрос твоей жизни.

Олег в раздражении захлопнул дверь чуть более сильно, чем стоило.

— Вот же скотина! Поди, еще и благородным себя считает. Ворвался, нагрубил, нахамил, натоптал, всем настроение испортил…