На самом деле Прайсу нравилось заниматься с Ирен сексом гораздо больше, чем с любой из его многочисленных подружек. Он не мог больше обманывать себя – только она способна была доставить ему настоящее удовлетворение. Но признаться в этом Прайс мог только самому себе.

Ирен была его тайной, его грязненьким секретом, какой есть у каждого мужчины, и он вовсе не хотел, чтобы об этом стало известно всем.

Утро они провели в номере Ленни в отеле, занимаясь любовью.

– Это было просто восхитительно! – воскликнула Лаки, сладко потягиваясь. – Нам надо почаще устраивать подобные вылазки. Я всегда тебе говорила, что отели здорово возбуждают.

– Угу, – отозвался Ленни и погладил ее по ноге.

Лаки негромко рассмеялась.

– В чем дело? – Ленни приподнялся на локте. – Разве я сказал что-нибудь смешное?

– Нет, просто у меня такое ощущение, будто я изменяю собственному мужу. И мне это нравится.

– Если твой муж когда-нибудь узнает, что ты ему изменяешь, он тебя просто убьет. Застрелит из своего старого ржавого «кольта», – сказал Ленни с шутливой угрозой.

Лаки легко коснулась пальцами его груди и, приподнявшись ему навстречу, шепнула Ленни прямо в ухо:

– Ты сможешь меня убить? В самом деле – сможешь?..

– Не сомневайся. Во всяком случае, проверять мои слова я тебе не советую.

– Тогда, – сказала Лаки торжественно, – не забывай, что то же самое относится и к тебе.

– В этом я никогда не сомневался, – рассмеялся Ленни. – Для этого я слишком хорошо тебя знаю. Ты – опасная женщина, Лаки, – проговорил Ленни, пристально глядя на жену.

– Никогда не строила из себя овечку. – Лаки пожала плечами. – Какие у нас планы?

– Что-то я проголодался, – заявил Ленни. – Может, закажем завтрак в номер?

Лаки посмотрела на часы.

– Скорее уж обед, а обедать я предпочитаю дома. Не желаешь ко мне присоединиться? – И она искоса посмотрела на него.

– А зачем? Мне и здесь хорошо.

– В самом деле?

– Ну да, – откликнулся он. – Мне, оказывается, очень нравится кочевая жизнь. Номера в отелях такие одинаковые, такие безличные, что, переезжая из одного в другой, даже не замечаешь разницы. И от этого кажется, будто время остановилось.

Лаки фыркнула.

– Ленни Голден, не забывайте, что вы не только муж, но и отец. У вас трое детей, которых вы по закону обязаны воспитывать, в том числе и личным примером. – Она лукаво улыбнулась. – Все, Ленни, дорогой, ты попался, и теперь тебе не выбраться.

– О-о-о!… – простонал Ленни, театрально хватаясь за голову. – О, горе мне, горе!

– Разве так плохо быть семейным человеком?

– Плохо, если только ты не женат на такой женщине, как Лаки Сантанджело. Ты ее случайно не знаешь? Говорят, она умница, красавица и чертовски хороша в постели. Вот только готовить она не любит и не хочет. Наверное, не умеет, – поддел он, но Лаки не поддалась на провокацию.

– Увы, нет в мире совершенства, – хладнокровно заметила она, выбираясь из постели и разыскивая меню. – Что бы ты хотел на завтрак?

Я бы, пожалуй, заказала омлет.

Ленни откинулся на подушки, с удовольствием рассматривая ее стройное, гибкое тело. Сейчас Лаки казалась ему такой же прекрасной, как и в тот день, когда они впервые встретились.

– Омлет? Но это же просто смешно, Лаки!

Кормить взрослого мужчину омлетами… Мне нужен гамбургер… нет, лучше два гамбургера. Потом мне нужна баранья отбивная с картошкой, салат из креветок, чашка черного кофе с сахаром и сливками и пирожное. А хлеба можно всего один кусочек, – закончил он благодушно и хлопнул себя по животу.

– Это не муж, а какая-то утроба ненасытная! – воскликнула Лаки и, найдя меню на туалетном столике, юркнула обратно в кровать. – Между прочим, я имею в виду не только еду.

– По-моему, ты должна быть очень довольна, что после стольких лет брака твой муж все никак не может насытиться, – заметил он.

– А я довольна, – улыбнулась Лаки. – Нет, даже больше… Скажу тебе по секрету, Ленни, я не просто довольна, я – счастлива!

– И я счастлив. С тобой, – сказал Ленни.

– Вот как? – Лаки отложила меню и ловко уселась на Ленни верхом, прижав его плечи руками к подушке. Ей было очень хорошо от того, что Ленни вернулся. В эти минуты она могла думать только об этом и… об Алексе. Она провела с ним вчерашний вечер, но только потому, что рядом не было Ленни, а ей было очень плохо одной. Они встретились как друзья и как друзья расстались, потому что… Потому что никто никогда не сможет встать между ней и Ленни.

– Скажи, – неожиданно спросила она, – о чем ты думал, когда тебя похитили?

Ленни озадаченно уставился на нее.

– О чем? Я не помню, ведь это было так давно.

– Вспомни, – продолжала она настаивать. – Ведь должен же ты был о чем-то думать. Не может быть, чтобы ты просто сидел и ждал конца.

– Я действительно сидел в основном на полу, – улыбнулся Ленни. – На тонком соломенном тюфяке, от которого пахло лошадиной мочой. А думал я о тебе и о детях. Я… я боялся, что больше никогда вас не увижу.