Я вникаю в меню; моим любопытством движет темный, необъяснимый порыв.

И тут, на втором экране дополнительных материалов, я вижу нечто под названием “Выковано при белом накале: создание «Яростной»”.

Я как-то сумела забыть о существовании этого раздела, хотя сама же наняла пресс-службу для его подготовки. После всего случившегося я бы не вынесла очередных пиар-прикрас, свидетельствующих о замечательном таланте Зандера, о том, как члены нашей удивительной группы бесконечно нахваливают друг дружку за кулисами съемок.

Тьфу.

Но на этот раз я нажимаю “Просмотр”.

DVD, жужжа, несется к тому, что я выбрала, из темноты выступает изображение.

Разумеется, Холли.

На крупном плане, обращаясь к тряской ручной камере, Холли слегка улыбается.

– Привет, я Холли Рэндольф, и это первый день съемок “Яростной”. И я очень рада играть роль Кэти Филипс!

Потом – общий план: Зандер режиссирует, говорит что-то повелительное и серьезное. Другой кадр: Холли смеется с микрофонным оператором Карлосом, с Клайвом и Марисой. Несколько склеек: другие актеры панибратски общаются с членами съемочной группы – а потом, прямо передо мной на экране – Хьюго. Средний план: он скалится в камеру.

Меня прошибает дурнота: вот так вот с ним столкнуться – пленка накрепко запечатлела эти мгновения.

Его полнейшая уверенность в себе, огонек в глазах, когда он включал обаяние.

Я не хочу смотреть дальше, но смотрю.

Его британское произношение змеей наползает на меня.

– Я – Хьюго Норт. Я исполнительный продюсер этого потрясающего фильма, “Яростная”. Это первый день съемок. Пойдемте приглядимся.

Я, разумеется, помню этот дубль. Кадры, на которых мы с Хьюго разговариваем на камеру, улыбаясь, демонстрируем дух товарищества, так и не использовали. Удивительного тут мало.

Я нажимаю на пульте “паузу” и изучаю застывшее изображение; по экрану тянутся, подрагивая, две белые дорожки.

Позади Хьюго я узнаю студию, которую мы арендовали много месяцев. Смотрю на этот фон – и мгновенно переношусь в тот момент, в первый день производства.

А вглядевшись, я замечаю за несколько шагов позади Хьюго другую фигуру: молодую женщину, ее длинные черные волосы едва попадают в кадр.

Содрогнувшись от узнавания, я понимаю, что это я.

Призраком на заднем плане этого видео, как нечто из японского фильма ужасов.

Я там, практически скрытая в этом самом кадре – не знающая, что вскоре случится со мной, со столь многими из нас.

Но я – единственный человек, которому могло прийти в голову искать эти следы. Больше никому и дела до этого нет.

Расшифровка разговора (фрагмент):

Входящий телефонный звонок, среда, 9 ноября, 16.23

лили уинтерс: Здравствуйте, это Том Галлагер?

том галлагер: М-м, да, это я. Кто говорит?

лу: Я Лили Уинтерс. Я занимаюсь коммуникациями, и некоторое время назад я работала с вашим дядей Полом на его сенаторских кампаниях.

тг: А, ясно. Здравствуйте, чем я… чем могу помочь? Мы с Полом сейчас не особенно поддерживаем связь.

лу: Да я не по этому поводу. Я сейчас звоню от пиар-отдела “Конквеста”.

тг: Пиар-отдела “Конквеста”?

лу: Именно так. Я занимаюсь всеми коммуникациями и медиа продюсера Хьюго Норта.

тг: Вот как. Откуда у вас мой телефон?

лу: Ну, вы журналист, я пиарщица. Невелика трудность.

тг: Что вам угодно, Лили?

лу:(Пауза.) Мы слышали, что… вы, кажется, работаете над статьей о Хьюго, о его приходе в киноиндустрию и, возможно, о его пути после этого. Верно?

тг: Я общаюсь со множеством людей в связи с разными историями, так что… еще нельзя сказать, из чего вырисуется пригодная к публикации статья, а из чего нет.

лу: Разумеется. Но нас немного беспокоит, что вы, кажется, общаетесь не с теми людьми. О том, что касается Хьюго.

тг: Что вы имеете в виду? “Не с теми”?

лу: Ну, Хьюго – очень успешный продюсер и бизнесмен. Как вы понимаете, всегда найдутся люди, которые захотят навредить человеку, который настолько на виду. Нам было бы ужасно неприятно думать, что “Таймс” будет заниматься каким-то очернительством.

тг: Очернительством? Нет, я ничего такого не пишу.