Митя на мгновение замер перед дверь, с силой, до боли стискивая кулаки. Теперь, когда у него вот-вот появятся деньги, надежда на альвийский гардероб, и даже кухарка в доме есть... именно теперь он должен умереть и лишиться всего этого?

– Неееет ...
– тихо, сквозь зубы, выдохнул он.
– Нет!

Распахнул дверь и шагнул на крыльцо ...

Резкая темная тень, похожая на женскую фигуру с крыльями, пронеслась над его головой, на миг распласталась по камням дворика и исчезла, а с прозрачного сентябрьского неба донесся пронзительный скрипучий крик - словно где-то высоко то ли каркнула, то ли расхохоталась ворона.

Митя запрокинул голову, но в небе было пусто, только все еще яркое осеннее солнце слепило глаза. Зло скривился и зашагал к конюшне, из которой слышались голоса. Толкнул скрипучую дверь... и уже привычно напряг мышцы живота.

– Митя-я-я!
– вслед за пронзительным воплем был чувствительный толчок и прямиком ему в живот врезался вихрь рыжих локонов и ярко-розовых лент - толстушка Алевтина, младшая из сестер Шабельских, поприветствовала своего любимца. Подняла усыпанный веснушками курносый нос и счастливо расплылась в совершенно детской улыбке. Право, и не скажешь, что барышне тринадцать лет!

– Она будет расти...

– Ее будет становиться больше...

– И больше...

– ... и однажды она его затопчет!
– хором закончили Капочка и Липочка. Близняшки, старше Алевтины на год, в отличии от сестры были тонкими и гибкими, как ветки ивы, с льняными волосами и фарфоровой кожей. Человек незнающий счел бы их форменными ангелочками, а человек знающий предпочел бы отстреливаться сразу, как эти белокурые бандитки окажутся в поле зрения, что было бы благоразумно, жаль только - незаконно. И даже неприлично.

– Мы запомним вас таким, Митя!
– торжественно пообещала одна из бандиток: Капочка или Липочка - неизвестно, он так и не научился их различать.

– Прежде чем вы превратитесь в размазанный по полу силуэт, - грустно подхватила вторая.

– Капа! Липа! Не дразните сестру!
– пятнадцатилетняя Ариадна по-учительски строго поглядела на младших сестер. Строгость была во всем ее облике: собранные в тугой пучок каштановые волосы, на платье ни бантов, ни рюшей. Словно она уже сейчас стояла перед классом, а не только мечтала об этом.

– Мы не дразним, - взор у Капочки (или Липочки?) был чист и невинен, - мы пророчествуем!

– Предрекаем Митину грядущую погибель!
– вытягивая руки вперед и закатывая глаза под лоб, взвыла Липочка (или Капочка?).

Митю передернуло: про погибель он и сам знал, и в пророчествах не нуждался.

– Я тоже вас дразнить не буду, когда вы конфет попросите!
– оторвалась от Мити Алевтина.
– Просто не дам - и все!

– Алевтина! Плохо быть жадной!

Мите надоело: воспитанием друг дружки сестрички Шабельские могут заняться и без него.

– Здравствуйте, Ада!
– громко сказал он.
– Алевтина... Капочка и Липочка... о, кстати, Ингвар! Вам передавали поклон. Некий гимназист Гирш.

– Захар?
– проворчал Штольц, поднимая голову от гибкой трости, на которую тщательно, кольцо за кольцом, наматывал блестящую медную проволоку. Хмуро поглядел на сестер. Можно было подумать, что недоволен вторжением в свою вотчину, но Митя-то знал - Ингвар страдает, что здесь нет златокудрой Лидии. Митя же отсутствию старшей из сестер был откровенно рад. Лидия казалась девушкой с умом и хорошим вкусом - когда летом в имении отвергла Алешку Лаппо-Данилевского и приняла Митины ухаживания. И что же? Стоило вернуться в город - и Митя увидел ее снова с Алешкой под руку!

– Кажется, Захар, - согласился Митя.
– Он с приятелем из вашего реального училища - неким Христо Тодоровым - изволили ссориться с Алексеем Лаппо-Данилевским.

– Митя кривится!
– прокомментировала Липочка (или Капочка?)

– Митя злится!
– подхватила ее сестричка.

– Ревнует?
– близняшки переглянулись.

– Этот ваш Алешка - противный! Ревновать его еще, - неожиданно фыркнула Алевтина.
– А Лидка наша - дура!
– с явным удовольствием заключила она и по-хозяйски взяла Митю за руку.

– Аля!
– снова протестующе вскричала Ада.

– Эммм ... Даа ...
– Митя попытался высвободиться из цепкой хватки слегка липкой от сладостей ладошки.

– Да? Вы согласны, что Лидка - дура?
– ехидным хором повторили близняшки.

– Да, и вот еще что, Ингвар!
– торопливо выпалил Митя и покосился на бандиток торжествующе - не подловите!
– Ваши приятели пригласили меня завтра на... как его... кружок! В квартире над лавочкой.

Наполовину обмотанная трость едва не вывалилась из рук Ингвара. Ада дернулась. Оба во все глаза уставились на Митю.