И это несмотря на то, что половина призрачных клинков их умений пришлась в деревья и кусты.

Спину жжёт, по ноге в сапог струится что-то горячее.

Что-то, чтоб меня Безымянный осчастливил.

Шагаю за ствол потолще, сменяю печати, торопясь использовать лечение.

Плевать на то, что ко мне уже несутся враги, плевать на расход сил — капающая из пустоты кровь не позволит мне скрыться, каким бы невидимкой я ни стал.

Успел.

Поток лечения я успел сменить печатями Шагов сквозь тень и даже сделать один шаг прочь, когда из-за дерева вынырнул Кровавый, полоснул пустоту мечом и замер над каплями моей крови.

Впрочем, замер только на миг, а затем его меч рванул в первую позицию.

Чтоб тебя… Сейчас он тут всё накроет Дождём или и вовсе Ветром клинков.

Я буквально побежал, лихорадочно переставляя ноги в нужных шагах.

Успел.

Я успел выйти за пределы его ударов за миг до того, как вокруг Кровавого вспыхнули голубые искры, а из них упали вниз, разрывая дёрн и срубая ветви кустов, полупрозрачные клинки.

Не успел даже порадоваться, как по лесу прокатилась подсказка:

— Вперёд на три шага и левей на локоть. За ясенем!

Ближайшая ко мне тень охнула:

— Господин!

Я выругался и рванул прочь. Всё же они меня действительно чуют. Или чует только один, тот, кого я так и не успел убить.

Заложил петлю, заходя с другой стороны.

На ходу сложил правой рукой приказ.

Ослабьте его.

Все тени тут же собрались передо мной в жирную, многоногую, многорукую и многоголовую единую тень.

Теперь на правую руку ускорение.

Сработало, как всегда, одно из немногих умений, что я могу совмещать с Шагами сквозь тень.

Я стал быстрей, но при этом не вывалился из состояния бесплотности и невидимости.

Влево, вправо, обходя стегающие по земле клинки, теперь я достаточно быстр для этого.

Следуя передо мной в пяти шагах тени влетели в Кровавого, заставив его охнуть и оборвать умение Дождя Клинков.

Я же замер, сжав кулаки, а через долю мига снова используя печати с двух рук. Совсем другие.

Исит узарр аххау.

Я протаиваю, обретая видимость и плоть.

Кровавый вскидывает голову только для того, чтобы заполучить таран в темноту под капюшоном.

Третий.

Миг промедления, чтобы польстить себе, едва не становится для меня последним — меня снова накрывает Дождём клинков.

И снова прочности тела не хватает, чтобы выдержать этот удар — прочь, с места убийства, а затем и в невидимость я сбегаю ещё с тремя ранами.

— Никого, господин.

В безопасности, едва ли не в сотне шагов от схватки я вываливаюсь из невидимости, тороплюсь заживить раны, пока по моим следам не пришли враги.

Ариос успокаивает меня, но его вести с привкусом горечи:

— Не преследуют, господин. Навалились на защитников принцессы, в живых осталось лишь двое, а предателей пятеро. Теперь двое из них истощают защиту телохранителей, а трое вглядываются в лес.

Я стискиваю зубы и киваю:

— Ладно, поглядим.

«Поглядим» ничем хорошим не кончилось. Клятые Кровавые, чтобы их Ребел прибрал, все чувствовали меня, все, а не только тот умник, что кричал о крови и сердце. Похоже, пока я бегал и лечился, он учил своих напарников.

Стоило мне приблизиться с любого направления ближе, чем на двадцать шагов, как они обрушивали на меня умения меча.

С двадцати пяти шагов мой таран уходил в пустоту, Кровавые успевали увернуться. Даже с ленцой.

Мне только и остаётся, что слушать их насмешки над криворуким реольцам и кривить губы. Отлично. И что делать?

Повторить успех с тараном не выходит. Более простые техники не только быстрей, но и слабее, пытаться ими убить Кровавых просто смешно. Тем же воздушным хлыстом я могу бить их до вечера. Это если вообще выживу с этим хлыстом в ближнем бою. Нападать лицом к лицу действительно самоубийство. Но и ждать, когда они убьют последних телохранителей тоже бессмысленно.

Что же делать?

Жестами спросил

Что на дороге?

— Оставленная тень ещё не вернулась. Похоже, вы стали ещё чуть сильней, господин, и увеличилось расстояние, на которое мы можем отлетать.

Я мотнул головой. Отлично, просто отлично, только совершенно бесполезно.

Вперёд вдруг шагнул Ирал:

— Господин, пора бы вспомнить о том, что вы не ограничены одной лишь гранью силы идаров.

Я настолько удивился, что даже снова задал вопрос вслух: