– Вы многое сделали для нас, милорд, о большем я не могу просить. Мы справимся.

Кеппел кивнул.

– Вас ждут ваши подчиненные, директор Смол. Я не смею задерживать.

Он встал, коротко наклонил голову в знак прощания, дождался ответного жеста и вышел вон. Дерек почувствовал себя так, будто с аорты сняли зажим и сердце снова смогло нормально работать. Единственное, что его откровенно напрягало в благотворительности, – пришлось нанять отдельного человека, который отчитывался по всем тратам и результатам этих трат.

Секретарша Мария принесла кофе, который на этой должности Смол начал поглощать в огромных количествах, несмотря на приближение пятидесятилетия, и директор блаженно закрыл глаза. В комнате еще висела та странная немного натянутая атмосфера, которая всегда сопровождала лорда. От нее хотелось избавиться, но в то же время и находиться в ней как можно дольше. Она дарила ощущение безопасности.

Телефон на столе ожил.

– Директор Смол, к вам начальница кадровой службы Изабель Кроу, говорит, вы назначили.

Дерек чертыхнулся, но про себя. Он забыл про эту встречу.

– Пусть заходит.

Директор допил кофе, убрал чашку с рабочего стола на приставной, провел рукой по волосам, приводя их в порядок, и поднял глаза на мисс Кроу, которая появилась на пороге кабинета. Изабель недавно исполнилось тридцать пять. Она не была замужем и считала, что смысл ее жизни в карьерном развитии. Она возглавляла кадровую службу детского дома уже два года, до этого работала в администрации мэра. Смеялась, что раз сам мэр попросил ее отправиться сюда и навести здесь порядок, то она не может перечить или отнекиваться. Изабель не походила ни на кого из тех, кто здесь работал. Как и он сам, она все же дитя другого мира. Он – мира докторов и ученых. Она – «белых воротничков», блеска и близости власти. Мисс Кроу была достаточно жесткой, чтобы увольнять людей. И достаточно мягкой, чтобы не принимать поспешных решений. Если по всем правилам человека нужно было сократить, но она понимала, что его текущие ошибки меркнут перед лицом прошлых заслуг, она приходила к директору. И Дерек мог оставить сотрудника на испытательный срок или уволить здесь и сейчас.

Сегодня – один из таких разговоров.

Темно-каштановые волосы молодая женщина собрала в высокий хвост, на лице почти не оставила косметики, но подвела глаза. Она села напротив и достала папки с личными делами.

– В этот раз их всего трое, господин директор, – вместо приветствия проговорила она с улыбкой. – Так что мы управимся за тридцать минут.

– Я готов.

Дерек улыбнулся. Изабель удивленно повела бровью, ей казалось, что улыбка в подобных разговорах – определенно лишнее. Она взяла верхнюю папку.

– Пол Гильярди. Работает у нас три года. Дважды получил вашу премию за переработки и добросовестное отношение к труду. На прошлой неделе был замечен в служебном помещении с Мари Стивенс. Ее папка идет следом. По трудовому договору подобные отношения на работе запрещены.

– Кто их заметил?

Изабель просмотрела документы.

– Эль Фернаго, наша новая нянечка. Подозреваю, что она сама неровно дышит к мистеру Гильярди и следила за ним.

– В лучших традициях больших коллективов. Выговор обоим, пусть напишут вам официальное заявление, что они вместе, и больше не прячутся в служебных помещениях.

– Миссис Стивенс замужем.

– Надеюсь, ее муж у нас не работает?

Изабель наконец улыбнулась.

– Нет, Роберт Стивенс работает в Праге. Он юрист.

– Тогда выговор и запрет на подобные отношения на работе. В случае повторного инцидента уволить в связи с нарушением условий трудового договора.

Мисс Кроу сделала соответствующие пометки в блокноте. И помрачнела.

– Эту папку я не хотела вам показывать, директор. Этот случай из тех, которых просто не должно быть.

– Я слушаю.

– Мисс Сара Опервальд. Три недели назад она перестала выходить на работу. Мы звонили. Даже ездили к ней домой. Она в запое.

Дерек побледнел. Он помнил Сару слишком хорошо и думал о ней слишком часто. Но не заметил ее пропажи в связи с приездом лорда Кеппела. Он протянул руку и зачем-то взял ее личное дело, чтобы просмотреть его, хотя понимал, что ничего особенного там не увидит.

– Сара работает у нас почти двадцать лет, – тихо проговорила Изабель. – Она прошла долгий путь, была просто санитаркой, потом нянечкой, теперь воспитатель, учитель и психолог. Дети ее очень любят, и без нее общая атмосфера рушится. Я опросила сотрудников, все коллеги отзываются о ней с теплом и не понимают, что могло произойти.

– Оставьте это дело, не выписывайте штрафов. Оформите отпуск со дня, когда она перестала ходить на работу, на 28 рабочих дней. И дайте мне заявление от ее имени. Я поговорю с ней.

Мисс Кроу тихо выдохнула.

– Знаете, почему вы лучший директор?

Смол удивленно посмотрел на нее.

– Потому что под вашим началом работают несколько сотен человек. Но вы сохранили достаточно человечности, чтобы бороться за каждого из них. Я сделаю, как вы сказали, документы будут в идеальном порядке. Если вам удастся ее вернуть и исключить повторение инцидента, о нем все забудут. Мое уважение.