— Постойте, постойте, — Степаныч всмотрелся в Юлия и вдруг ткнул в него пальцем. — Грустный влюбленный?

— Да, — кивнул Юлий, улыбнувшись.

— И веселая подружка?

— Конечно!

— Она ведь тоже, кажется, Залусская? Жена? Или сестра?

— Жена.

— У клоунов тоже жены бывают? — растянул рот в улыбке Витя.

— Они тоже люди, — рассудил Степаныч.

— Нет, ты представляешь, Вахромеев-то! — продолжал Витя.

— Скотина он, — согласился Степаныч.

— Я и говорю! Морды таким бить, чтоб не позорили.

— А мне понравилось, — повернулся Степаныч к Юлию. — Здорово у вас получается. И смешно, и вроде как по-человечески грустно, аж до слез. Ты не видал, Витя?

— Нет. Но я обязательно...

— А я в цирк наведываюсь — внук у меня, знаете, любитель. Клоунов вообще-то не особо — что за смех: «Бим, это моя нога?» — «Нет, Бом, это моя нога!» — визгливо передразнил Степаныч, и все трое засмеялись. — Я больше уважаю, когда зверей показывают. Львов, тигров. Но у вас с женой здорово получается. Нет, ты, Витя, посмотри.

— Вот хочу сам Юле яйцо сделать, — сказал Витя.

— Ты-то? — Степаныч глянул на него вприщур. — Давай я сделаю. Я ж шесть лет токарил, когда еще мебель была с точеными фасонками.

— Не-е, я сам.

— Ну, сам так сам, — Степаныч немного обиделся. — У Петровича на складе выбери добрую заготовку. У него там и дубовая, и буковая, и красного дерева. Вам из какой лучше? — обратился он к Юлию.

— Да все равно, — развел руками Юлий. — Большого значения не имеет.

— А мне кажется, из березового комля. Милое дело. Легкая, звонкая, красивая и не колется. Только, Витя, выбери сухую, а то он подсунет!

— Да знаю! Юля, у меня идея: пойдем вместе — выберем, посмотрим.

Они пошли. Юлия что-то беспокоило в развитии этой истории — какая-то нелогичность, неожиданность происходившего. Сейчас его беспокоило именно то, что все так гладко начинает складываться. Как говорил один старый знакомый: «Слишком хорошо — тоже нехорошо».

На всякий случай спросил Витю:

— Ничего, что я тебя отрываю в рабочее время?

— Да-а! — махнул тот рукой. — Наверстаем. Я так понимаю: если человек просит, выручать надо? Надо. Чего спрашиваешь тогда?

— Да я так, на всякий случай.

У Петровича на складе выбрали заготовку. Пока выбирали, Витя представил Петровичу Юлия, дал ему самую лестную характеристику и рассказал, как Вахромеев хотел надуть Юлия и они с Петровичем заклеймили Вахромеева как прохвоста. Потом Петрович рассказал, как он был знаком с одним артистом, когда в молодости сидел в заключении. Он хотел еще рассказать историю жизни этого артиста, а заодно и своей собственной, но Петровича ждали люди, досаждали и теребили его, да и им надо было идти дальше.

Пошли дальше. По дороге встретили девушку. Витя отсалютовал ей:

— Валюха, привет!

— А-а, Витенька, приветик! — и прошла мимо, стрельнув в сторону Юлия взглядом.

— Хорошая девка? — весело спросил Витя. — Кстати, скалолазка, разрядница. Ты когда-нибудь лазил на наши скалы?

— Нет, — ответил Юлий.

— У меня идея! — Витя повернулся и крикнул вслед девушке: — Эй, Валюха, Валюха! Ушла. А впрочем, черт с ней. Хороший ты, Юлька, человек, хочется тебе что-нибудь приятное сделать. А в пещерах ты бывал?

— Н-ну, бывал, — неуверенно ответил тот. — В Новоафонских.

Витя захохотал. В его хохоте слышалась насмешка и снисхождение.

— Так можешь до колик уморить! Да разве это пещеры? — он сплюнул. — Опошлили до невозможного, до насмешки над природой: рестораны устроили, чуть не на трамвае въезжают! Хочешь, покажем тебе настоящие? Где, можно сказать, не ступала нога человека? Конечно, можно и на скалы организовать, и на яхте по водохранилищу. Тоже красиво, но все не то! Эти залы, эти гроты, эти колоннады, цветы из камня — нет, это надо увидеть! Я как увидел, обалдел, все другое забросил к чертям и заболел спелеологией.

— Я н-не против. Вместе с женой — мы всегда вместе...

— А кто против? Конечно, с женой! Пошли прямо сейчас к Эдику!

— Постой, а яйцо?

— Что яйцо! Сделаю я тебе яйцо, мое слово — железо! В пещеры ведь один не пойдешь — надо готовиться, договариваться, нужно снаряжение. У меня, конечно, разряд, я член спасательной группы, но у нас этим командует Эдик.

Пошли к Эдику. Эдиком оказался бледнолицый молодой человек в очках. Пока что он командовал среди женщин, бутылей, колб и пробирок. Витя познакомил его с Юлием и предложил сводить его вместе с женой в ближайшие выходные в какую-то уникальную, недавно открытую им пещеру. Посовещались. Эдик сдержанно согласился. Чтобы быть краткими и не мешать друг другу, вчерне обсудили некоторые детали, оставляя мелочи на потом. Но вспомнили последний поход, за ним предпоследний, потом оба стали рассказывать Юлию, как это здорово — открывать новые пещеры и какие там зрелища.