— Кто там? — раздался из-за двери испуганный голос.

Ага, контрольный. А то в глазок не видно, кто же там.

— Это Дед Мороз, — басом ответил Иван. — Пришёл поздравить свою Снегурочку.

Кажется, Марианна, наконец, поверила в то, что ей ничего не мерещится, потому что открыла двери.

— Здравствуй, Дедушка Мороз, — удивлённо, радостно и смущённо заговорила она. — Проходи.

— Спасибо, добрая девушка, — Иван вошёл в тесную прихожую и поставил мешок на пол у двери.

— Проходи в комнату, Дедушка! Только ёлки у меня нет.

— Ничего страшного, красавица, — продолжал импровизировать Иван. — Не праздник создаёт настроение, а настроение создаёт праздник. Обойдёмся и без ёлки.

Сняв кроссовки и прихватив мешок, Иван прошёл в комнату. Как он и ожидал, квартирка была тесная, очень аккуратная и чистая, обставленная почти по-спартански.

Марианна была в лёгком домашнем костюме, позволившем Ивану наконец-то оценить её стройную и лёгкую фигуру. Волосы, как обычно, убраны в косу. Без макияжа, который Марианна делала специально для выездов, она выглядела совсем юной. Особенно сейчас, когда щёки и уши её пылали, а глаза блестели. У Ивана защемило сердце, но он должен был довести задуманное до конца.

— Можно, я присяду, хозяюшка? — спросил Иван.

— Конечно, Дедушка, садись там, где понравится.

Иван устроился на одном из стульев и начал развязывать мешок.

— Начнём вручение подарков. Но сначала ответь мне на вопрос, Марианна. Хорошо ли ты вела себя в уходящем году? Не обижала ли кого-нибудь? Не обманывала ли? Не подводила ли, когда кому-то очень нужна была твоя помощь или твоё присутствие рядом, поддержка?

Иван пристально смотрел на Марианну, и она покраснела ещё сильнее.

— Я… — она прочистила горло. — Почти весь год вела себя очень хорошо. Почти. Но вот под конец года что-то совсем устала и расклеилась. Потому соврала вчера утром, что заболела, и не вышла вечером на работу.

— Ай-ай-ай, — грустно и укоризненно покачал головой Дед Мороз. — Сегодня утром, когда мои сани проезжали мимо детского сада, ты не показалась мне уставшей. А знаешь ли ты, как страдал и мучился вчера твой Дедушка Мороз? Как скучал по тебе? Как долго потом проветривал салон своих саней от сигаретного дыма? Вот за что ты с ним так, а?

— Он же мечтал о самой некрасивой Снегурочке, — потупившись, тихо ответила Марианна. — А у нас некрасивых Снегурочек нет. Зато есть много курящие, хоть и красивые.

— Ах вот оно что! Кажется, у кого-то слишком длинный язык. Потому этот кто-то останется без подарка. А знаешь ли ты, Снегурочка, что даже Дедушка Мороз иногда может ошибаться? Особенно, если он расстроен и, как ты говоришь, устал и совсем расклеился? Это же не значит, что нет ему прощения? И доверия нет? Или значит?

— Прости, Дедушка, — прошептала Марианна.

Ивану показалось даже, что она быстро и незаметно смахнула слёзы. Но он по-прежнему должен был довести задуманное до конца.

— Хорошо, Снегурочка. Я волшебник добрый, и на первый раз прощаю тебя. Вот тебе первые подарочки.

Иван достал из мешка игрушечную аптечку и большую коробку конфет, на которой была приклеена надпись: "Витамины от тоски".

— Вот, Марианна, это тебе для лечения твоей болезни. А вот ещё специальный лечебный сироп, — Иван выставил на журнальный столик бутылку шампанского. — А в термосумке разные вкусности из одного хорошего ресторана. Ну и соленья от моей мамы. Да, у Деда Мороза тоже есть мама и папа. И скоро ты с ними познакомишься.

Марианна стояла, сжав руки, и лицо её выражало огромное волнение.

— А вот ещё подарок, — Иван достал из мешка тяжёлую связку книг и поставил на пол рядом с собой.

— Гарри Поттер, — едва слышно прошептала Марианна и прижала ладони к щекам.

— Да, все книги, — кивнул Иван.

Однажды они говорили о книгах, и Марианна призналась, как мечтает о всей серии книг о Гарри Поттере, но не может себе позволить эту роскошь.

— Но этот подарок я просто так не отдам. Нужно сделать кое-что, — Иван встал со стула, снял шапку и бороду.

— Что?

— В знак того, что ты меня простила, и мы всё выяснили, ты должна меня поцеловать.

Марианна, немного помедлив, подошла к Ивану, положила руки на его плечи и коснулась губами его губ. Иван взял её ладони в свои, поцеловал каждый палец, а потом вернулся к губам Марианны. Продолжая целовать Марианну, Иван успел развязать пояс и снять шубу. Становилось слишком жарко, а в футболке и в джинсах было пока более-менее терпимо.

— Ванечка, любимый мой, — повторяла Марианна всякий раз, когда они делали небольшой перерыв в поцелуях.