“Но мои мечты не настолько пусты,Как моя совесть.Я постоянно одинок.Моя любовь – месть,Не знающая покоя.Никто не знает, каково это,Испытывать чувства,Которые испытываю я.И в этом я виню тебя!Никто не прилагает столько усилий, чтобыСдерживать собственную злость.Зато ни моя боль, ни страданияНе показываются наружу.”

Гермиона снова сделала несколько больших глотков алкоголя, разбавленного колой и, почувствовала, как Малфой напрягся. Что пришлось пережить этому парню, живя с деспотичным, помешанным на чистоте крови и аристократичных замашках отцом? Что помимо трусости и страха побудило его принять метку? Почему он согласился пойти на убийство Дамблдора? И почему все-таки не убил?

“Но мои мечты не настолько пусты,Как моя совесть.Я постоянно одинок.Моя любовь – месть,Не знающая покоя.Расшифруй, что значит ‘l.i.m.p.’, произнеси это ,Никто не знает, каково это,Когда с тобой плохо обращаются, когда ты терпишь поражение.За голубыми глазами.Никто не знает, как сказать,Что он сожалеет. Не волнуйтесь,Я не лгу”.Песня закончилась и сменилась другой о веселом лете на одном из пляжей Лос-Анджелеса. Алкоголь начал действовать, и Гермиона немного согрелась, однако молчание затянулось, а песни играли в разбросанном порядке.

Малфой сидел, также отстраненно глядя вдаль.

— Все школьные годы я врал, — он резко заговорил, и девушка вытащила наушник, пытаясь услышать его голос, приглушенный шумом улицы и голосом экскурсовода.

— Кому?

— Всем. Себе в том числе.

— Ты говорил то, что тебе внушали. Мы все часто с возрастом меняем свои мнения, иногда даже принципы…

— Я просто просрал жизнь.

Она подсела ближе к нему и их бедра соприкоснулись. Ее рука дернулась к его предплечью, но замерла, повиснув в воздухе.

— Не буду сочувствовать…

— Конечно, куда тебе до меня, — он хмыкнул и оперся рукой о ручку переднего сиденья.

— Война покалечила не только тебя. Возможно, твои родители и испортили тебе жизнь, сблизившись с Волан-де-мортом, но у тебя все еще есть шанс все исправить. Теперь твоя жизнь только в твоих руках!

Он опустил глаза в пол на свои ботинки, кусая щеку.

— Я все еще наследник всего того, что имеет моя семья, и от меня ждут определенных действий. Опять же, вот это, — он поднял палец с обручальным кольцом, — не наше с тобой решение. Ладно я, за меня всю жизнь все решали, но и ты попала под эту затею моей матери, которой ударило в голову срочно меня женить. И я не знаю, как это исправить, Грейнджер, я просто не знаю.

Она пальцами теребила ткань пледа, лежащего у нее на коленях.

— Малфой, я должна тебе вот что сказать…

Он поднял глаза и снова отпил огневиски.

— Я не собираюсь заводить семью. Ты знаешь мою ситуацию, и я не хочу больше никого посвящать в тайны своего здоровья. Поэтому, если ты не торопишься, мы спокойно найдем способ развестись. Если же нет, заводи любовниц, может, даже родишь детей на стороне. Жить вместе мы вряд ли будем, на твои деньги и наследство я не претендую. Главное, не таскай меня по всяким светским мероприятиям. Я, возможно, даже уеду. Может, в Америку. Поэтому кроме лже-брака нас ничего не будет связывать.

Малфой молча слушал. То, что она говорила, его полностью не устраивало. Это просто какой-то фарс, так не должно было случиться!

— Магия связала нас, — продолжала Гермиона, глядя на свои замерзшие руки, — решила, что мы подходим друг другу, раз мы переспали. Но она же не знает, что секс в 21 веке не значит ничего…

Отхлебнув из бутылки, девушка откинула голову на подголовник и притянула колени к груди, поставив ноги на сиденье.

Он молчал.

— Может, если мы перестанем видеться, то и магия разрушится.

— Блестящий план, — Малфой поджал губы, — всю жизнь трахать любовниц, родить бастарда, пока моя жена где-то на другом континенте непонятно с кем. Пророк обеспечит себе сенсационные выпуски лет на десять вперед.

— Все это было ошибкой.

Сердце обливалось кровью от мыслей, что жизнь пошла под откос так скоро, а решения не было. Малфой страдал не меньше нее, будучи заложником ситуации.

— Что именно? — он посмотрел на нее помутневшим взглядом и облизал потрескавшиеся от холода губы.

— Та ночь. Если б ничего между нами не случилось, то и родовая магия не пробудилась бы.

— Хотел бы я согласиться, но язык не повернется сказать, что я жалею о том, что увидел тебя голой, — парень лукаво улыбнулся. Она покраснела, покачав головой.

— Все равно это не стоило вот этого, — она подняла левую руку с обручальным кольцом и помахала ей. В этот момент девушка-экскурсовод поднялась к ним на второй этаж и бросила взгляд на Драко. Тот лишь перехватил руку Гермионы и притянул ее к себе, поцеловав тыльную сторону ладони.